Кном. Совета более не существует.
Джем. Кто же его распустил?
Кном. Мы.
Джем. По какому праву?
Тасс. Видите, товарищ, бывают времена, когда должно спрашивать не о правах, а об обязанностях. Совет пошёл против интересов трудящихся, и мы его упразднили.
Джем. Однако совет избран теми же трудящимися.
Тасс. Какими трудящимися?
Джем. Кажется, теперь трудятся все, праздных более нет на Земле.
Тасс. Да, это так кажется. Так выходит на бумаге. Правда, все проходят свой стаж физического труда, но ведь это одна проформа. Белоручек сколько угодно, они-то и заседают в Советах. Но пока Совет строго соблюдал конституцию, мы смотрели на него сквозь пальцы. Теперь же, когда дело пошло серьёзно, - довольно.
Кном. Объяснимся начистоту. Вы там, в центре, опять развели политику и дипломатию. У вас там партии, речи и всё эдакое. Главные Советы на местах с вас обезьянничают и пляшут по вашей дудке. Нам это не подошло. Вот и всё.