-- Ты? ты пришла? Я ждал тебя. Только тебя!
Она покачала головой отрицательно.
Он опустился перед ней на колени. Он любил стоять перед ней на коленях и целовать ее длинные, тонкие пальцы. Он умолял ее:
-- Поцелуй меня! Наклонись ко мне!
Кэт смотрела на него печальными глазами. Потом заговорила:
-- Я пришла проститься с тобой. Я не могу быть с тобой. Я хотела любви безпредельной, безграничной. В тебе не нашлось такой любви. Моя любовь слишком велика для тебя; твоя для меня -- слишком мала. Ах, любовь самовластна! Она требует, чтобы ей отдавались вполне. Она не берет половины. А ты нашей любви отдавал треть души, ровно треть, взвесив на весах!
Он уговаривал ее, прижимая свое лицо к ее пальцам.
-- Кэт! Кэт! не говори мне так. Ничего не говори мне. Я устал, я изнемог. Я сам ничего не знаю. Дай мне быть с тобой, только быть, только чувствовать, что ты понимаешь мою душу!
Она отстранилась от него, высвободила свои руки.
-- Твою душу? Да, я понимаю твою душу! Наблюдала ее два года. Ей надо всего понемногу. Немного моей любви, немного нежности моей сестры и немного страстности моей другой сестры. Ах, если бы хоть один раз ты пожелал чего-нибудь до конца! Пусть и не меня, но до конца, до предела! Ах, если бы даже ты посмел убежать от нас! Но ты проехался до станции и вернулся назад. Как это на тебя похоже!