Правда, но обычной силы.
Впрочем, М. Герасимов -- и настоящий поэт и настоящий мастер. Отдельные страницы и целые отдельные стихотворения в его последней книге -- вполне хороши. Своим мастерством, разнообразием своих метафор, систематичностью своих образов он умеет частью преодолеть, частью скрыть от читателя эти недостатки своей поэзии; но они уже присущи ей и представляют серьезную опасность для будущего творчества М. Герасимова. Нельзя безнаказанно желать быть поэтом и разрушать самое существо поэзии, как словесного искусства, которое одной то же и для буржуазных поэтов и для пролетарских.
Более в пределах старых форм держится В. Александровский. В его стихах есть место для личных переживаний, для конкретного, для данного момента. Его стихи производят впечатление более живое, более непосредственное. Это не значит, что размерами дарования он превосходит М. Герасимова или что поэзия В. Александровского сильнее. Это только значит, что он ставит себе задачи более скромные, менее новаторские, и потому разрешать их гораздо легче.
Г. Санников пишет гораздо бледнее своих сотоварищей по "Кузнице", поэтому и особенности ее поэзии сказываются у него гораздо слабее. Но и он, словно намеренно, стирает все конкретные черты со своих стихов. Целая поэма посвящена "кораблям", но каким -- русским, английским или китайским? -- Только посвящение Архипу намекает, что имеется в виду какая-то русская пристань, а не Сингапур. Или такая картина:
Туда, где дымятся села
На голых полях,
Где водопадом льется небосклон --
Шли...
Светало...
Заря клубила дым