-- Онъ плохо знаетъ васъ, папа.
-- И еще хуже знаетъ тебя. Ты не была бы моею дочерью, еслибъ не съумѣла пренебречь его милліонами.
Арлета молчала въ грустномъ раздумьѣ. Предложенье стараго богача оскорбило ее глубже, чѣмъ отца, но она старалась это скрыть.
-- Что же ты не спросишь, что я этому выскочкѣ отвѣтилъ, продолжалъ графъ. Я сказалъ ему, что дочь моя не рождена носить его смѣшное ими. заимствованное, вѣроятно, въ какомъ нибудь учебникѣ географіи. Какъ видишь, я не подсластилъ моего отказа, но онъ имѣлъ дерзость повторить свое предложеніе и указать на свое баронское достоинство. Ссоры между нами, конечно, не произошло, мы разстались прилично, но все таки съ этой минуты онъ нашъ непримиримый врагь.
-- Къ счастью, намъ нечего его бояться.
-- Конечно: онъ не посмѣетъ открыто вредить мнѣ, мое доброе имя не въ его власти, а денегъ я ему не долженъ: къ тому же я думаю положитъ конецъ и послѣднимъ отношеніямъ между нами. Черезъ полгода мы оставимъ эту квартиру.
-- Какъ, вы хотите разстаться съ этимъ домомъ? воскликнула Арлета.
-- А тебѣ развѣ жаль его?
-- Какъ бы вы не поступили, я буду всѣмъ довольна... Только... я къ нему привыкла... въ немъ умерла мама...
-- Да, и именно въ той квартирѣ, которую занимаетъ теперь этотъ человѣкъ, мрачно сказалъ графъ. Для меня это просто оскверненье моихъ самыхъ священныхъ воспоминаній... О, какъ я жалѣю, что не купилъ этого дома, когда у меня были еще средства, а онъ продавалъ его... покрайней мѣрѣ мнѣ было бы что тебѣ оставить...