-- Отлично, -- произнес в раздумье кузен. -- Мы окажемся умнее. В тебе, Павлуша, здоровая елагинская кровь, я слышу ее голос, как его ни заглушали. Так спорил дядя Алексей, когда был жив. Вот мой план: ее нужно во что бы то ни стало найти и не дать привести в исполнение несчастное намерение вас разорить, не допустить этого, хотя бы с помощью правительства.
-- Ни за что! -- крикнул Павел Алексеевич.
-- Что?
-- Это ее убьет.
-- А нас она не убивает? А нас она не собирается погубить? С милым рай в шалаше!.. Нет, поищи другую.
-- Не говори так, -- вымолвил побелевшими губами Павел Алексеевич. -- Такой ужас! Разорение. Неизвестность. Одиночество. Мрак. Куда я денусь?
И, как бы капая последнюю каплю, офицер сказал:
-- Слышал, Буценко пойман?
У Павла Алексеевича захолонуло внутри.
-- Я докладывал дело его превосходительству.