-- Простите меня, Зоя Ипатьевна, простите меня, миленькая, ненаглядная, красавица моя, -- забормотал он, прижимая обе руки к сердцу, со слезами в глазах. -- Простите меня, ненаглядная моя...
-- Грубый немецкий мужик, ты до крови ободрал мне руку, -- плакала Зоя Ипатьевна. -- Посмотри!
-- Ненаглядная, простите, -- вопил Володя, потрясая руками, между тем, как слезы беспрерывно падали из его глаз -- простите, ненаглядная, красавица, вы, которая лучше всех... вы...
Он обнял ее руками около колен и припал губами к ее чулкам, изнемогая от мучений.
Зоя Ипатьевна оборвала свой плачь, восторженно оглядывая его.
-- Ты? -- выговорила она, еще сотрясаясь от рыданий, -- ты? Ты так больно мне тогда...
Володя плакал и целовал ее ноги, пока его голову не наполнило красным, горячим туманом, закрывшим от него весь мир.
А потом он очнулся, точно вновь возвращаясь на землю.
Зоя Ипатьевна сидела возле него, ласкала рукой его волосы и монотонно говорила:
-- Теперь эти деньги мои?