В калитку просунул свое морщинистое лицо Картавый.
-- Питпай, -- словно бы по-кошачьи промяукал он.
Никодим понял его: "Пойдем спать", -- хотел сказать Картавый.
-- Ну, спать, так спать, -- глухо ответил Никодим.
-- Только ты не смей в избе ложиться, запрусь я от вас всех сегодня! -- резко закричала в окно Ориша. -- Слышал? -- голос ее пресекся; и диким визгом она опять выкрикнула:
-- Конокрад!
VI
Пять раз подходил Глебушка к отцу, чтобы переговорить с ним о деньгах, но каждый раз отходил от него ни с чем. Не повертывался язык у Глебушки. Почти до самого последнего дня говорил он сам себе:
-- Через час спрошу деньги. Непременно. А потом опять откладывал. Или подходил к отцу и начинал разговор о борзых щенках. А в самый последний день вдруг и сразу, выпросив у отца экипаж, отправился он на паровую мельницу купца Флинтикова, которому из года в год отец его запродавал весь хлеб. Мерцая своими прекрасными глазами, сконфуженно краснея и перебирая в руках белую шапочку, он сказал:
-- Батюшка просит вас, не можете ли вы... ему очень надо... тысячу рублей вперед под хлеб... Пожалуйста, будьте настолько... Батюшка очень просит...