-- Экспроприатора? -- воскликнул испуганно исправник.
-- Его самого! Экспропри!
-- Лицо вам неизвестное?
-- Какое неизвестное! Очень известное! Алешка Копчиков!
Исправник позеленел.
-- Почтовый чиновник? Что же он у вас, Ферапонт Ильич, экспроприировал? Существенное что-нибудь?
-- Даже весьма! Хотелось бы его повесить. Через военно-полевой. Как политического безумца и экспропри!
-- Но что именно, однако?
-- Не торопись. Не к именинной закуске идешь. Сейчас изложу все безумство анархии!
Когда Столоверов изложил все, лицо исправника дрогнуло и собралось в складки. Усы отклеились от носа.