-- Ну, что же из этого? -- проговорила она вызывающе. -- Да вы что волком-то глядите? Ревнуете? Ах, скажите, пожалуйста, -- протянула она насмешливо.
У Булатова передернуло губы.
-- Напрасно вы говорите со мной таким тоном, -- выговорил он с той же суровостью.
-- Почему напрасно?
-- Видите, я хочу совершенно серьезно говорить с вами. Так продолжаться больше не может.
-- Я слушаю, -- покорно выговорила Анна Павловна, пожала плечом и с шелковым шелестом опустилась на траву.
Лицо Булатова все более и более бледнело.
-- Я так больше не могу, -- проговорил он. -- Никандров, Ардальон Сергеич и я! Я не в силах выносить таких ложных отношений и пойми, Нюра, что это свинство и возмутительнейшая мерзость.
-- Понимаю, -- согласилась Анна Павловна со сосредоточенным и строгим лицом, -- понимаю, что это свинство и мерзость, но -- что же дальше? Чего же ты, собственно, хочешь? Чтобы я порвала с мужем и с Никандровым окончательно и бесповоротно?
Булатов достаточно решительно кивнул подбородком.