-- Помнишь, на той неделе, -- сказал он, -- ты уверял меня, что лесничий Орн -- типичный венгерец, а его глухонемой конторщик Родбай -- венгерский румын родом из Трансильвании. Помнишь?
-- А может быть, он и венгерец!
Тарновский вздохнул и замолчал.
Дорога шла прекрасным сосновым лесом и круто, почти под прямым углом, загибала вправо. Огромные сосны вздымались кругом.
Громницкий пожал плечами, нахмурился и дал шенкеля коню.
-- Надо торопиться, уже темнеет, -- сказал он, -- поспешим увидеть загадочного лесничего!
Тарновский, точно борясь с своими сомнениями, спросил его:
-- Значит, ты веришь лесничему Орну?
-- Всей душой. Он чистокровный американец, ирландского происхождения. Вот сейчас мы приедем к нему, и ты убедишься своими глазами, что на лесном хуторе все преблагополучно. Он встретит нас, как всегда, с распростертыми объятиями и за ужином угостит нас великолепным бигосом с тушеной капустой, жареными тетеревами и крепчайшим розовым ликером домашнего производства!
Тарновский точно бы повеселел.