И она в этом случае хватает себя за виски с таким же жестом и точно так же делает трагические глаза.
Иногда же, вероятно для разнообразия, она говорит о своем муже:
-- Ты понимаешь... Я молода... Это с моей стороны может быть гнусно, но ведь он почти не мужчина!
Словом, Милочка никогда и ни в чем не бывает виновата, и проговорив то, другое или третье, глядя по вкусу или обстоятельствам, она не без грации раздувает ноздри и с удовольствием нюхает отделяющийся от нее фимиам. Она видит себя непорочнее самой непорочности.
Виноватая и Милочка -- это два полюса. Виноватая часто вдрюпывается, что называется, как кур во щи, в самые невозможные истории. Она может увлечься до самозабвения. Она фигурирует во всяких уголовных и семейных процессах, часто весьма скандальных. Она нередко рвет с мужем все до последней нитки, и открыто, "нагло" переезжает на квартиру к своему любовнику, и свет говорит о ней не иначе, как с ужасом.
Ничего подобного с Милочкой никогда не происходит. Милочка всегда скромна и тиха в глазах света, и часто ее ставят за образец жены и матери. Практичность и осторожность -- девиз Милочки.
Лицемерие, заменяет ей совесть и она никогда не чувствует себя виновной перед этой совестью. Вот почему весь ее вид всегда проникнут самоуважением и спокойствием. Вот почему весь ее вид всегда и везде удивительно добропорядочен. Милочка никогда не вдрюпается в историю, и ее имя никогда не попадет на страницы газет. С этой стороны она положительно неуязвима.
Практичность и осторожность! Осторожность и практичность! Милочка великолепно и при всяческих обстоятельствах помнит об этих самонужнейших заповедях и никогда не забывает о них ни на минуту.
Я склонен думать, что у Милочек нет сердца, и они не способны ни на какие увлечения, ни на какие жертвы. Я склонен думать, что у Милочек вместо сердца существует крошечный мешочек, в области, соседней с "подложечкой", и в этом мешочке бережно сохраняется ею для собственного ее удовольствия крошечная мышиная похоть. Мышиная и воровская.
Милочки питают эту похоть, как и где умеют, всегда твердо памятуя, конечно, о практичности и осторожности. А при первом сигнале об опасности они бегут от любовников, поспешно и воровски подобрав юбочки некрасивым и поганеньким жестом. В эти минуты все их великолепие исчезает, яко дым. Собственно говоря, они никогда не любят ни мужей, ни любовников.