Надежда Алексеевна привела своего спутника к этому вязу и, опустившись под его тенью, пригласила и студента.
-- Садитесь и вы, Озон Озоныч!
Балдин беспрекословно последовал ее примеру.
Между тем, Надежда Алексеевна говорила:
-- Боже, как здесь хорошо! А это монотонное гудение пчел, вы не боитесь, что оно загипнотизирует нас обоих и погрузит в любовные грезы? Ведь эти пчелы точно изнемогают от любви!
-- Они не могут изнемогать от любви, -- возразил Балдин: -- это рабочие пчелы, они не знают любви и поэтому их соты так гениальны. Любовь не мешает их работе. Если бы люди никогда не любили, они сделались бы...
-- Деревяшками, я это знаю, -- перебила студента Надежда Алексеевна.
Балдин покраснел.
-- Я вовсе не то хотел сказать, -- проговорил он, но Надежда Алексеевна снова перебила его:
-- Ну, если не гудение пчел, то цветочная пыль, которою мы дышим; ведь цветочная пыль -- это, кажется, любовь цветов?