Но еще через неделю я поехал к ней все же. Я застал ее одну и сказал ей, что уезжаю завтра же и надолго, на очень долго.
Ее милое лицо внезапно изменилось и стало бледными грустным. Она спросила:
-- Куда? Зачем? Что с вами?
Я повторил хмуро:
-- Надолго. В Египет. В Аравию. Куда-нибудь. Надолго.
Я увидел в ее потемневших глазах грусть.
-- Зачем? -- повторила она.
-- Потому, что я люблю вас, -- сказал я вдруг, с трудом преодолевая волнение.
Она точно вся сжалась, как от физической боли, будто мой ответ сбросил на ее голову камни. Я пошел от нее прочь.
Однако, в дверях против воли и желаний я остановился.