Эти вопросы ходатаи за мной по пятам всегда и всюду, как мои неотлучные спутники. Иногда я повторял вслух:
-- Кто распорядился моим выстрелом? Кто?
И пустынные комнаты моего деревенского дома переспрашивали меня таинственным полушепотом:
-- Кто?
И вот однажды, когда я сидел подавленный этими вопросами, ко мне заехал один из наших секундантов. Я бросился к нему и стал горько жаловаться на то, что кто-то так ужасно распорядился моим выстрелом против моей воли. Тот слушал меня внимательно и затем взволнованно охватил меня за руки.
-- Вы целили мимо? В дерево? Боже мой, если бы мы могли предвидеться это! -- вскрикнул он в волнении. -- Ведь мы, все секунданты, умышленно и с общего согласия сдвинули на ваших пистолетах мушки. Мы! Чтобы обезвредить ваши выстрелы!
Когда он уехал, я всю ночь бродил вокруг усадьбы той женщины, словно раздавленный, и думал:
"Они не желали смерти моего друга и приняли к тому все меры. Я не желал ее тоже и тоже принял меры. И вот что вышло. Случайность -- хозяйка всей нашей жизни и наших поступков".
На рассвете меня подняли в обмороке в окрестностях усадьбы той женщины и принесли к ней в дом. Но на другой же день я уехал. Вот уже два года я не видел ее. Два года я не схожу с палубы. Нет, больше! Три года! Четыре! Я не помню сколько!
А вы, не встречали ли вы ее как-нибудь случайно? Может быть, вы заглядывали в те места, где она живет? Как она поживает теперь? Весела? Грустна? Здорова? Забыла ли она меня? Любит ли?..