Она быстро шла по направлению к оврагу, подобрав сбоку платье и перепрыгивая через сверкающие как стекло лужи. Я понял, что она идет на мельницу, и смотрел на ее спину, волнообразно колыхавшуюся от сильных движений. Вскоре она скрылась под скатом оврага и затем снова появилась в русле, загибая вправо.
И в эту минуту по дороге от мельницы показались несшие образа крестьяне, "богоносцы", как их называют по деревням. Их было человек десять. Без шапок в ярких рубахах и темных кафтанах, они мерно вышагивали по грязной дороге под пение "Христос воскресе". Высокий парень нес впереди икону Божией Матери, водруженную на длинное древко. Белая с золотым крестом хоругвь развевалась по ветру. По одну сторону Божьей Матери несли темное, закапанное воском Распятие, по другую -- Евангелие в лиловом переплете. На его серебряных застежках мигало солнце.
Шествие медленно подвигалось среди ясного утра. Божия Матерь точно плыла по воздуху, показывая миру Своего Ребенка и благословляя Им землю. Между тем, Настасья Петровна, выкарабкавшись на противоположный скат оврага увидела это шествие, преградившее ей дорогу к мельнице. На минуту она остановилась как бы ошеломленная и затем, круто повернувшись и слегка согнувшись, она снова сбежала в русло. Все так же пригибаясь, она пробежала руслом несколько десятков сажен и снова выскочила на скат.
Но и отсюда она увидела преграждавшее ей дорогу шествие. Божия Матерь точно благословляла ее Своим Ребенком.
Настасья Петровна, пригнувшись чуть не к самой земле, снова сбежала в русло. Тут она заметалась направо и налево с искаженным лицом, точно застигнутая врасплох чем-то ужасным. Ясно было, что в ней происходила мучительная борьба; было видно, что у нее не хватает сил пройти мимо крестного шествия, а между тем, все ее существо зовет ее туда, на мельницу, к двенадцатичасовому поезду. И она продолжала беспорядочно метаться. Тем временем, крестный ход уже приблизился к самому скату оврага, и Настасья Петровна увидела это. Ее точно что ударило. Она опустилась на землю и вцепилась пальцами в свои волосы. Борьба, очевидно, окончилась.
До моего слуха долетел пронзительный вопль. В нем было столько страдания, что мне хотелось бежать туда, к ней на помощь.
Когда Настасья Петровна, пошатываясь, проходила мимо меня вслед за образами в ворота своего хутора, в лице ее не было ни кровинки. Ее глаза потухли. Навсегда ли, не умею сказать. Через час я уже переезжал Мылву.
Источник текста: Сборник "Разные понятия". 1901 г.