Он упал на колени так, как стоял, и не имел сил идти, и только протягивал к ней руки. И ту тотчас пришлось вынести из комнаты на руках, так что и это единственное свидание почти не состоялось.
После этого мимолётного свидания, ночью к нему дважды вызывали доктора, но уже утром он ещё раз одолел себя и выслал доктора почти с надменностью.
-- Доктор, оставьте меня одного. Я ведь не кисейная барышня и пустых призраков не боюсь, -- выговаривали его губы поспешно и сухо. Но на рассвете последнего дня, там, на страшных задворках тюрьмы, силы оставили его внезапно, иссякнув до последней капли. Его ноги обмякли и подогнулись, как лыковые, и с предпоследней ступени палач втащил его на помост эшафота за волосы.
Комментарий
Алексей Николаевич Будищев (1864-1916) более известен, чем Ник.Архипов (представленный в первом выпуске "Азбуки"), но не как прозаик, а как автор стихотворения, ставшего популярным романсом ("Калитка" ("(Лишь) только вечер затеплится синий..." -- ага, "кружева на головку надень"... хотя вообще-то в оригинале -- "чадра" вместо "кружев") Но в своё время литературные миниатюры и рассказы Будищева пользовались известностью (сборники "Степные волки" (1897), "Разные понятия" (1901), "Избранные рассказы" (1913).
Я читала и другие рассказы Будищева, но по-настоящему поразил только этот -- по моему мнению, очень сильный -- на извечную тему "русские мальчики / девочки и революция". В конце XIX-начале XX вв. кто только не писал на эту тему -- от Толстого и Достоевского до Амфитеатрова ("Восьмидесятники", "Девятидесятники"), Арцыбашева ("Тени утра") и Вербицкой ("Ключи счастья"). А здесь -- такой пронзительный и страшный рассказ о мальчике, заигравшемся в революцию...
Печатается по журналу "Новое слово" (Приложение к газете "Биржевые ведомости"). 1910, No 12.