Лотушка придвинулся к костру и растопырил над огнем еще не сгибавшиеся от мороза пальцы.
-- А от жилья какого отседа разве далече? -- мрачно спросил Семен Зайцев.
-- Самое ближнее жилье -- город Витютинск, а до него 9 верст. А 9 верст в эдакой пурге -- это за сто верст почитай, -- сказал старичок-шабойник, -- и чего бы нам вместе здесь не переночевать? Ишь, сколько тут для нас дров заготовлено, -- кивнул он бородой на шалаш, где у плетневой стенки было аккуратненько сложено несколько колченогих, похожих на пауков, пеньков, несколько коряжистых, толстых веток, охапки две хвороста и даже задняя, расщепленная пополам ось.
-- Али не заночуем? -- мрачно спросил Лотушка.
Семен Зайцев несколько мгновений помолчал и вдруг сбросил у костра с своих плеч лыковую котомку. Розовое пламя костра радостно подпрыгнуло и торжествующе захрапело. Словно огромный кровавый глаз широко раскрыл тяжелые вежды.
-- Гляди в глаза солнцу! -- вскрикнул Лотушка с каким-то зловещим выражением. Вспыхнуло на его щеках розовое пламя костра.
IV
Оба ясно, до очевидности, поняли: сомкнулись железные своды над ними, и не выйти им теперь из круга каменных предопределений. Оба сели на корточках у костра, грея руки. Лотушка неторопливо свернул цигарку. Сказал прибаутку:
-- У попа было восемь кур, а у дьякона девять, не прикурить ли нам, ребята?
Хотел рассмеяться после прибаутки, но только сердито сморщил одну щеку, словно разжевал что кислое-прекислое. Богохульно юзжало дымное поле вокруг розового круга, начертанного костром среди млечного мрака, и вздымало воющие гребни. Неслось на разные голоса бесовским, неистовым кличем: