Дипломатические отношения между Германией и США в то время были достаточно прочными. Конечно, характер этих отношений остался бы неизвестным, если бы не достопамятное заседание германского парламента в 1919 году, на котором была выбрана комиссия для выяснения виновников войны; когда зашла речь о выступлении американцев, то, совершенно естественно, вспомнили о знаменитой телеграмме Циммермана, отправленной в Мексику, и о тех путях, которыми она была передана.
Благодаря документам, полученным при расследовании, произведенном по приказанию рейхстага, стало известно, как Германии удалось обмануть государственный департамент США. В бумагах, собранных комиссией, имеется весьма знаменательная заметка, которая полностью приведена в книге «Официальные германские документы о мировой войне» (том II, 1937 г.); перевод заметки сделан «Комитетом Карнеги по сохранению всеобщего мира». Вот ее текст: Инструкции послу Экхарду будут переданы в Вашингтон подводной лодкой «Deutschland». Кроме того, эти инструкции будут протелеграфированы через американское посольство в Берлине государственному департаменту в Вашингтоне для передачи германскому послу в США».
Таким образом, для передачи телеграммы, содержащей прямые угрозы против США, германский министр иностранных дел воспользовался услугами американского правительства.
С другой стороны, вполне достоверно, что Бернсдорф в течение войны часто пользовался американской дипломатической почтой, чтобы доставлять в Берлин секретные документы. Нельзя забывать, что Германия после начала военных действий могла сноситься со своим представителем в США только случайно и при посредстве третьей державы. Германские телеграммы обычно передавались по английским телеграфным линиям, которые благодаря величайшей ловкости германского правительства оказались для него широко доступными. Можно ли обвинять американского посла Жерара в том, что он так любезно предоставлял в распоряжение Циммермана свою дипломатическую почту, соглашаясь на тайную передачу секретных документов? Конечно, нет, так как твердо установлено, что Жерар только подчинялся в этом отношении настоятельным приказаниям своего правительства.
Таким образом, инструкции с Вильгельмштрассе были переданы Бернсдорфу четырьмя различными путями.
Немецкая телеграмма, полученная государственным секретариатом в Вашингтоне в ночь с 24 на 25 февраля, произвела ошеломляющее впечатление. Ввиду исключительной важности этого сообщения было решено немедленно предупредить президента Вильсона.
Вильсон, после нескольких моментов полной растерянности, выразил сомнение в подлинности немецкой телеграммы. Не зная, как рассеять свою тревогу, он приказал шифровальной службе запросить в Лондоне подтверждение этой потрясающей новости.
Вскоре всякая надежда на возможную ошибку при передаче была устранена, но Вильсон настаивал на проверке. Он предложил своему послу в Лондоне немедленно достать германский дипломатический код, с помощью которого английская контрразведка сумела расшифровать радиотелеграмму из Науэна.
В ответ на это требование американский посол уже на следующий день сообщал:
Лондон, 1 марта 1917 г., 11 час. 30 мин. Посол Паж — государственному секретарю. Вашингтон. В ответ на вашу телеграмму за № 4403 от 28 февраля в 8 час. (строго секретно). Я принял к сведению вашу просьбу получить один экземпляр германского кода, но выполнение этого встречает серьезные затруднения. Мне сообщили, что код будет Вам бесполезен. Действительно, он никогда не употребляется дословно, но с многочисленными вариантами, известными только одному или двум экспертам. Последние не могут в настоящее время отправиться в Америку. Если вы мне пришлете шифрованные телеграммы с окончанием В.1.2. [1], то британские власти их очень быстро расшифруют. Паж. Мне нужен полный шифрованный текст, а я вам буду телеграфировать краткое его содержание. Полный перевод прибудет к вам дипломатической почтой. Ни Спринг Райсу, ни Гаунту не известны эти государственные секреты [2].