-- Я ничего не знаю... какъ я туда поѣду?
-- Въ какомъ это уѣздѣ?
-- Въ N-скомъ же...
-- Такъ что же? Лошадей найдите, и поѣзжайте.
Но Марья Васильевна не знала даже, гдѣ найти лошадей.
-- Голубушка вы моя! всплеснула начальница руками.
Она сама поѣхала съ нею на земскую станцію, справилась, какъ проѣхать въ Орѣховку, и подыскала лошадей. Часовъ въ 6 прекраснаго августовскаго вечера Марья Васильевна подъѣхала на извозчикѣ къ постоялому двору, расплатилась и вошла во дворъ, легко таща небольшой чемоданчикъ и подушку. Извощикъ несъ сзади небольшой, тщательно завернутый самоваръ.
Начальница была уже тамъ. Она стояла около заложенной парой плетенки и упрашивала ямщика поберечь пассажирку. Ямщикъ, невысокій старичокъ, съ краснымъ лицемъ, заросшимъ почти до бровей сѣдой бородой, и лукавыми карими глазами, хлопоталъ около лошадей.
-- Помилуйте, сударыня, развѣ впервой... Въ лучшемъ видѣ доставимъ, не извольте безпокоиться.
Увидавъ Марью Васильевну, онъ выхватилъ у нея изъ рукъ чемоданчикъ, втиснулъ его въ передокъ плетенки, взбилъ сѣно, уложилъ подушку и взобрался на козлы. Начальница и Марья Васильевна обнялись. Марья Васильевна прослезилась...