V.
Въ субботу, два дня спустя послѣ увоза Ивана Ѳедорыча изъ Орѣховки, Василій Ѳедорычъ получилъ пакетъ, запечатанный облаткой. На облаткѣ значилось: "N--скій училищный совѣтъ". Предсѣдатель просилъ гг. членовъ собраться въ 7 часовъ къ нему на квартиру.
Василій Ѳедорычъ нѣсколько задумался. Въ 6 часовъ начиналась всенощная и кончалась въ 8, а онъ не пропускалъ ни одной всенощной, самъ читалъ шестопсалміе, выстаивалъ службу и неизмѣнно опускался на колѣни во время пѣнія "Слава въ вышнихъ Богу".
На этотъ разъ онъ ушелъ отъ всенощной ровно въ 6 3/4. По широкой освѣщенной лѣстницѣ поднялся онъ въ квартиру предсѣдателя. Сердце у него слегка замирало: онъ только недавно былъ назначенъ членомъ совѣта и ни разу еще не былъ на засѣданіяхъ, хотя лично былъ знакомъ со всѣми товарищами по дѣлу.
Предсѣдатель ни минуты не заставилъ себя ждать. Это былъ родовитый дворянинъ, родственникъ многихъ особъ. Самъ онъ былъ, однако, не изъ бойкихъ, и дослужился въ гвардіи всего до ротмистра. Вся его высокая, но дряхлая фигура, морщинистое лицо, потухшіе глаза, преждевременная лысина (ему было около 38) свидѣтельствовали о близкомъ знакомствѣ съ увеселительными заведеніями столицы. Прокутивши большую часть наслѣдственнаго имѣнія, онъ пріѣхалъ въ N. и сталъ "на стражѣ".
Завязался оффиціальный разговоръ. Василій Ѳедорычъ больше молчалъ и слушалъ съ слащавой улыбкой разсказы предсѣдателя. Предсѣдатель разсказывалъ про то, какъ онъ объѣзжалъ новую лошадь, какъ великолѣпно переноситъ она черезъ ухабы, но ни малѣйшаго оживленія не было въ его сонныхъ глазахъ, несмотря на благодарность тэмы.
Звонокъ слѣдовалъ за звонкомъ. Пришелъ исправникъ, сѣдой протопопъ, съ краснымъ жирнымъ затылкомъ, складками нависшимъ надъ воротникомъ новенькой рясы. Пришли члены отъ земства, зять и тесть, мировой судья Янышевъ и мировой судья же Кисловскій. Позднѣе другихъ явились инспекторъ и членъ отъ города, присяжный повѣренный Ребровскій. Лакеи въ бѣлыхъ перчаткахъ сновали по комнатѣ, разнося чай. Разговоръ оживился.
-- А вѣдь скоро, господа, Петръ Ильичъ годовщину будетъ справлять! припомнилъ предсѣдатель, лукаво поглядывая на Янышева.
-- Какую? спросилъ тотъ удивленно.
-- Неужто позабыли! Вѣдъ объ эту пору, кажется, мальчишку вамъ подкинули? засмѣялся весело предсѣдатель.