Собрание разных статей А. Бухарева". Москва, 1865 г. (рецензия)

Книга с означенным заглавием представляет собою состоящий из 633 страниц сборник статей, написанных о разных предметах, с заманчивыми для всякого ученого, тем больше -- богослова, заглавиями. Во всех этих статьях, при различии предмета, веет присутствие одной общей мысли, проглядывает одна общая задача, которую задал себе автор. Эта общая мысль, эта основная задача, по подлинным словам предисловия к сборнику, состоит в том, чтобы "для раскрытия пред миром жизненного света православия и для истинного удовлетворения современных наших потребностей, проводить начала Христовой истины и благодати и во всякие мирские области жизни и знания, руководясь в этом человеколюбивым духом Самого, снисшедшего в мир и вземлющего грехи мира, Агнца Божия -- Христа". Раскрытие этой мысли предлагается автором в таком духе, что он думает не только породнить между собою две различные области мысли и жизни, знания и веры, область духовного и мирского, естественного и благодатного, но старается выяснить причину и указать способы непременного их сближения и объединения -- в лице Агнца Божия, подъявшего все грехи мира и спасающего человека, в лице Иисуса Христа -- "Главы и души нашей, общей верующему гражданству с церковного иерархиею" (с. 9-10; 274). Выполнение этой задачи автор простирает до того, что старается показать собственно-русскому обществу и его членам: как оно и эти члены, не отступая от духа и смысла Христовой веры, должны исправлять дела мысли и жизни, чтобы "приобретать Христа" и находиться в благодатном звании Его последователей как лиц, искупленных Агнцем и призванных к союзу с Ним и Его Отцом.

Было бы, разумеется, странно осуждать это стремление автора, вполне достойное серьезного мыслителя, желающего разгадать действительные нужды современного общества; задача его статей заслуживает от нас полного сочувствия и внимания; против нее нет слов, не должно быть и возражений; потому что религия и жизнь, вера и знание, Церковь и государство -- это такие области, которые объединяются между собою самою природою человека, которая непременно желает веровать в Бога и жить в сообществе с другими; эта истина подтверждается всею историею человечества.

Но при всем том, собственно, при решении вопросов подобного рода, т. е. при ученом раскрытии того, каким образом должны между собою связываться религия и жизнь, вера и знание, -- так как, с одной стороны, берутся благодатные начала христианства, с другой -- естественные силы человека, -- при раскрытии, говорим, этого истина дела необходимо должна заключаться не только в том, чтобы не нарушалась надлежащая гармония отношений между тем и другим, но и в том, чтобы сохранилась самая цельность веры, ее коренные начала в их применении.

Тому, кто пожелал бы окончательно решить этот вопрос, необходимо иметь в виду, собственно, дух и смысл общего верования Церкви; без этого все рассуждения не будут иметь авторитета несомненной и неоспоримой истины.

Сущность христианства как религии Божественной состоит в искуплении, т. е. в том, что второе Лице Пресвятыя Троицы, Единородный Сын Божий, наш Господь Иисус Христос, став Богочеловеком, явился на нашей грешной земле и понес на раменах воспринятой Им от Девы обоженной плоти вину всего человечества <как> как бы свою собственную, пред судом Божией правды, требовавшей наказания человеку, преступившему ее заповедь. Но это дело искупления, совершенное Спасителем, при всей его вседейственной силе, составляет для нас, так сказать, внешнее событие, которое должно быть усвоено нами, сделаться нашею личною собственностию. Крестные заслуги Спасителя -- это внешний дар, поданный Им людям и подвигший на милость и благоволение к ним любовь Бога Отца. Понятно, что всем этим не снимается с людей непременная обязанность пещись о заглаждении их вины, что даже от воли самого человека должно зависеть то, чтобы воспользоваться или пренебречь поданным даром; понятно, что одного, так сказать, юридического, со стороны Господа Бога, признания нас правыми мало для действительного нашего спасения, как скоро мы внутри полны греха и растления, нимало не заботимся о нашем исправлении. Понятно, что для вторичного вступления в союз с Богом нам должно отбросить от себя все то, что, вследствие греха, привошло в нашу природу, что для спасения человека, самовольно уклонившегося от союза с Богом, требуются как сознание вины, так и стремление загладить ее. Таким образом, чтобы спасение, совершенное Господом, действительно спасло человека, так сказать, в нем самом сделалось его личным спасением, для этого человеку необходимо вступить в теснейший союз с Иисусом Христом как Испоручником спасения. Но это личное вступление в союз с Иисусом Христом возможно для нас, по учению православия, не иначе как в Церкви и при посредстве союза с Церковию, потому что она продолжает в мире воспринятое Иисусом Христом дело искупления, очищая и освящая дарами Его благодати каждого верующего. Церковь -- это применение дела закланного Агнца к обновлению спасаемого мира, -- применение, совершаемое силами и действиями Святого Духа, взыскующими и совершенствующими человека по духу любви, правды и святости Агнца. Поэтому только в Церкви как богоучрежденном обществе веры, благодати и жизни каждый христианин, не довольный сам от себя что-либо и помыслити доброе (2 Кор. 3.5), получает новую жизнь и самое оправдание во Христе. Христос возлюби Церковь и Себе предаде за ню, да освятит ю, очистив банею водною в глаголе (Еф. 5. 25). Значит, вопрос о Церкви как единственной в мире сокровищнице спасительных даров оправдания и освящения, как органе Самого Иисуса Христа, чрез который Он благодатию Духа действует на мир и человечество, созидая в них чад славы Божией, -- вопрос о Церкви, говорим, для православного писателя, особенно по делу применения Христовой истины и благодати к жизни и быту человека и общества, должен быть первым, заглавным вопросом; раскрытием его смысла должны выясняться характер и образ применения "человеколюбивого духа Агнца Божия Христа". Церковь как совокупность благодатных учреждений, как осуществление нравственного союза верующих с их Спасителем и между собою, эта Церковь, в понятиях православного писателя, должна заменить папство Рима и идеальную непосредственность веры протестантства. Писатель православный, согласно с духом церковного верования, вместо римского главенства папы, заменяющего собою Иисуса Христа, вместо протестантского самообщения каждого со Христом, -- вместо всего этого писатель православный должен выяснить значение Церкви как вселения Агнца Божия Христа и небесной благодати Его Духа между человеками.

Кто пересматривал разбираемый нами сборник статей А. Бухарева или отдельно читал его статьи, помещавшиеся в журналах, тот верно, уже понимает, какого рода недостатком страдает упомянутое сочинение этого автора. Оно опускает из виду Церковь, в которой сыны христианского общества возрождаются, воспитываются и возвращаются до меры возраста исполнения Христова (Еф. 4. 13), и относит все дело нашего совершенствования непосредственно к Иисусу Христу, так как Он Агнец, открывший для людей источник любви Божией и снявший с них вину грехов. По смыслу представлений автора выходит, что вследствие самозаклания Агнца Божия, пострадавшего за все неправды людей и открывшего для них источник любви Божией, нам самим остается только восставлять себя в Его человеколюбивом духе по всем силам души: уму, воле и чувству. Всецелое искупление нас Агнцем и непосредственное, тоже всецелое, восставление себя в Его духе: вот две главные мысли, на которых держится весь сборник статей А. Бухарева.

Но разве мы не знаем, что общение верующих с Иисусом Христом, Агнцем, в Котором почивает полнота Божией любви для нас, что воспринятие в себя нами духа Его благодати, Его всепомилования возможны и совершаются только при посредстве видимых, богоустановленных действий? Мы веруем, что отображением в мире и человечестве всего великого дела Спасителя, исполнением, возглавлением всего во Христе как Агнце Божием, распятом за мир и понесшем неправды людские, служит Церковь Божия как богоучрежденное, богохранимое и богосозидаемое царство, освящаемое благодатию обетованного Спасителем и сошедшего на Апостолов Святого Духа, -- царство, в котором мы благодатию крещения и других таинств вводимся в непосредственное общение и восприятие духа Агнца и любви Отца, излиянной на мир по заслугам Сына. И верующий не сам собою входит в общение и принятие духа этого Агнца, но его вводит и воцерковляет в нем сама благодать духа посредством видимых представителей -- пастырей и внешних их действий. Сократим наше замечание в одну общую мысль: Иисус Христос как Ходатай Бога и человеков примирил их между собою, сделался за людей правдою пред лицом гнева Божия и понес на Себе все грехи человечества, давая тем место любви и милосердию Божию к нам. Но это примирение, эта Христова праведность, это возглавление нас во Христе прилагаются и усвояются нам на самом деле Церковию, в непосредственном союзе с которою возможно для нас и самое совершенствование. Судьба, бытие и жизнь этой Церкви соподчиняются непосредственно Иисусу Христу как ее основателю и Главе, и Он, как кормчий на корабле, благодатию Св. Духа, присно пребывающего в Церкви, оживляет, осеняет и освящает как все общество верующих, так и каждого его члена в частности; чрез взысканных им пастырей руководит ищущих спасения по пути истины и правды.

Взгляните на растущее пред вами дерево: вы увидите на нем листья, различите ветви, укажете его ствол, словом всю наружную оболочку; но вашему взору недоступны самый его корень и та внутренняя сила, которая живит и заставляет расти это дерево. Нечего и говорить, что корень и та сила -- главное в дереве; на первом оно утверждено, второю поддерживается его жизнь. Между тем собственно для нас, т. е. для нашего внешнего чувства, получают значение не корень и сила, которых мы не видим, а именно внешнее его благообразие; без листьев, без ствола и ветвей мы не мыслим дерева. Под этим образом мы думаем выразить весь смысл христианства в применении к нам. Иисус Христос как виновник нашего в Нем возглавления есть основание или корень (1 Кор. 3. 11, Еф. 2. 21). Он и Сам сказал о Себе Своим ученикам: Аз есм ь лоза, вы же рождие (Иоан. 15. 5); а благодать Духа Святого составляет жизненную силу; внешним же выражением действий Обоих, по воле и мысли Отца, является Церковь как видимое, наглядное применение начал Сына и действий Духа, в послушании силе и воле Отца. Значит, нашему наблюдению прежде всего подлежит Церковь. И подлинно, она служит непременною посредницею между духом всепрощающей Божией любви и благодати Св. Духа, дарованных чрез заслуги Иисуса Христа, с одной стороны, с другой -- между грешными и отверженными людьми, нуждающимися в этой любви и этой благодати, ради их нравственного обновления и помилования.

Но именно этого необходимого посредства Церкви, которою самим делом совершается в нас обновление и совершенствование во Христе, и не раскрывают нам статьи сборника А. Бухарева. Мало того, они весь ход обновления мира и воссоздания человечества представляют если не моментально совершившимися в существе Голгофской Жертвы, то -- продолжающими совершаться чрез всю историю человечества в силу, так сказать, тяготеющего над нами и нравственно необходимого закона -- возглавления всего Агнцем. Автор допускает даже инстинктивное, бессознательное со стороны человека осуществление этого закона, под понятие предваряющей благодати он подводит все предрасположения человека к добру. Словом, взгляд автора на продолжающееся дело возглавления всего во Христе такой: "Иисус Христос как Агнец Божий, вземлющий и вынесший на Самом Себе с грехами всего мира и условливаемые грехом все нестроения во всех предметах мира, -- Сам непосредственно как Лицо с Божественными силами и средствами дарует миру Свое добро, светя человечеству светом истины и правды; уничтожает же в нем все злое и презренное единственно усвоением сего Себе как Агнцу, пожертвовавшему Собою за мир и готовому только поддерживать, облагоустраивать, успокоивать всех труждающихся и обремененных в мире" (слова сборника).