В Святейший Правительствующий Синод

От иеросхимонаха Антония Булатовича

ПРОШЕНИЕ

Посланием от 18 мая 1913 года, обращенным к "Всечестным братиям, во иночестве подвизающимся", Святейший Синод осудил мою книгу "Апология веры во Имя Божие и во Имя Иисус", якобы содержащую в себе "новоизмышленное учение" об Имени Божием и Имени Иисусовом, и повелел изъять ее из обращения в монастырях, воспретив чтение ее монашествующим, меня же Святейший Синод в грамоте своей "умоляет... смириться и отстать" от моего якобы новоизмышленного учения под угрозой и церковно-судебной кары, и проклятия Божия.

Вследствие болезни глаз, воспрещавшей мне до последнего времени всякое чтение, я не мог до сих пор основательно рассмотреть это относящееся до меня послание Святейшего Синода. Ныне же, внимательно перечитав его и будучи уже по одному своему званию схимонаха всегда готовым "смириться", да и вообще никогда не стыдясь сознать свою ошибку, в особенности, если эта ошибка может иметь пагубные последствия не только для меня, но и для многих других, я с радостью выражаю готовность и смириться, и отстать от заблуждения; но прежде нежели это сделать, я должен знать, в чем должно заключаться сие "смирение" и от каких заблуждений подобает мне отстать?

Изучив Послание Святейшего Синода, к прискорбию своему убедился, что большая часть обвинительных против меня пунктов не только совершенна несправедлива, но в них мне приписываются такие мнения, каких я не только не высказывал, но наоборот, сам писал в книге моей совершенно противное тому, что мне приписывают. Приведу эти обвинительные пункты Синодального Послания по порядку.

1) Синодальное Послание влагает во уста мои следующее мнение: " само Имя Иисус спасительно -- в нем, как и в прочих Именах Божиих, нераздельно присутствует Бог". Под выражением: "само Имя" -- очевидно подразумевается имяначертание и имязвучие. Но покорнейше прошу найти в моей "Апологии" хотя бы одно место, где бы я говорил, что " само Имя Иисус спасительно"? Этого я нигде не говорю, ибо слова " само имя" наводят на мысль считать спасительным само имяначертание или имязвучие, то есть тварную оболочку Имени Божия и Имени Иисусова. Если же сего слова "само" у меня нигде не приставлено, то на каком же основании Синодальное Послание обвиняет мою книгу в том, чего в ней не напечатано? В доказательство того, что я не только не говорю, будто само имяначертание или имязвучие спасительно, но говорю совершенно обратное, приведу следующее место из моей книги "Апология": "Божественных свойств: единосущия, присносущия, Духовного Существа и прочего мы не приписываем тем буквам, которыми условно выражается Божественная Истина, но лишь самому слову истины. Поэтому, когда мы говорим о Имени Божием, имея в виду сущность самого Имени, которым именуем Бога, то мы говорим, что Имя Божие есть Сам Бог, когда же мы имеем в виду буквы и слога, коими условно выражается истина о Боге и Имя Божие, то мы говорим, что Бог присутствует во Имени Своем" 1.

Не сказано мною также нигде в моей "Апологии", будто Бог "нераздельно присутствует в Самом Имени", то есть в имяначертании Своем. Если даже святые Тайны Тела и Крови Христовой подвергаются порче и сожжению, причем, конечно, не Божество сожигается, то не тем ли более и чернила на бумаге не имеют свойства неотделимости от Бога. Конечно, буквы и звуки суть условные знаки, разные на разных языках, но та истина, которая сим буквами и звуками выражается на всех языках и во всех выражениях, всегда одна и та же, и сия истина есть происхождения Божественного, всегда пребывает в Боге и Бог всегда в ней пребывает. Вот что мы называем--"именем", отличая имя от имяначертания и имязвучия. Имя Божие есть истина единая и, как солнце в бесчисленных зеркалах, отражается в тех глаголах, коими люди именуют Бога, и не только отражается, но и просвещает и согревает сердца исповедующих Имя Господне. В этом смысле Имя Божие и Имя Иисусово есть истинная от Бога происходящая Жизнь и Свет, и Деятельность Божества, или, как мы говорим -- Сам Бог.

Мы не просто говорим, что Имя Божие есть Бог, но говорим--Сам Бог. Это мы делаем, во-первых, дабы избежать укора именно в пантеизме. Говоря -- Сам Бог, мы не представляем себе Имени Божия вне Самого Бога, но высказываем, что, по неотделимости деятельности Божией от существа Его, в нем Сам Всемогущий и Вездесущий Бог, Сама Всесовершенная Личность со всеми Своими свойствами. Но мы отнюдь не говорим, будто бы Имя Божие и Имя Иисус есть сама сущность Божества, и протестуем против того, что нам приписывают, вопреки ясному нашему утверждению. Имя Божие и Имя Иисусово, в которое заповедывал нам веровать Сам Господь, как о том ясно пишет св. Иоанн Богослов в Евангелии и в послании 2, есть то непрестающее светоизлияние Божества, озаряющее человеков Боговедением, которое неизменно всегда существует само в себе и в Церкви с тех пор, как существует Церковь Ангелов и человеков; но, конечно, не всякая мысль в человеке о Боге есть Бог и не всякое призывание Имени Божия должно быть по необходимости для человека спасительным. Свет Божественной Истины всегда немерцаемо сияет и во Именах Божиих, и в глаголах Божиих, но причащаться сему умному Свету не всякому дано, и для этого необходимы известные субъективные условия: "Имеющий уши слышати, да слышит". Итак, объективно я признаю, что Имя Божие как свет Божества есть всегда Божество, но субъективно для призывающего не всегда Имя Божие бывает действенным и не всякое призывание Имени Божия молящимся низводит в душу его Святое Божество.

Но Синодальное Послание, вопреки тому строгому различию, которое я делаю в сем, приписывает мне, будто я учу, что Имя Иисусово, будучи Богом, всегда должно быть равно действенным для человека. Но где же написано в моей книге что-либо подобное? В доказательство того, что я не смешиваю понятий объективного бытия Имени Божия с субъективным действием в молитве, привожу сами заглавия моей книги. Так, заглавие 2-й главы гласит: "Свидетельство Священного Писания и святых отцов о том, что Имя Божие есть воистину Сам Бог". Заглавие же 5-й главы гласит: "Исповедание Имени Иисусова в Иисусовой молитве есть Сам Господь Иисус Христос". -- Обратите внимание на разницу сих заглавий и на слово "исповедание". Исповедание есть действие молящегося, состоящее в Ом, что он сознает в себе, в сердце и в уме своем истину произносимых им слов и истинность призываемого им Имени. Итак, идите ли, что из самого заглавия видно, что 2-я и 5-я главы говорят о двух разных предметах: 2-я--о Божественном достоинстве, независимо от призывания, а 5-я--о действенности призывания и о том, что не всякое призывание Имени Иисусова для молящегося будет действенным и не всякое бессмысленное призывание будет вселять в него Иисуса Христа, с Отцом и Святым Духом, но лишь -- "исповедание", то есть сознательное, искреннее, всеми силами души деемое -- с верою, надеждою и любовию--призывание. Объективно истина всегда одна и та же, и свет Имени Иисусова всегда один и тот же и никогда не померкнет, и всегда в этом смысле понимаемое Имя Иисусово пребывает во Иисусе и Иисус в нем, но субъективно призывание молящимся Имени Иисусова может быть бесплодным для него и даже во осуждение, в зависимости от его субъективных действий.