Табанджа-яжей насчитывается около 5 тысяч, состоят они под начальством ликамакоса [генерал-адъютанта] Аденау. Нефтанья -- десяток полков, распределенных между разными вождями. Все они уже вооружены заряжающимися с казны ружьями, хотя названия сохраняют старые. Должность "личного фитаурари", которую занимает Абто Георгис, весьма ответственна: в походе он всегда впереди, в бою обязан атаковать неприятеля первым и всегда с фронта. На этот высокий пост обыкновенно назначаются люди, выдающиеся своею храбростью.

30 декабря. В 8 часов утра мы выступили в дальнейший путь. На прощание я подарил фитаурари хороший златоустовский клинок, который ему очень понравился. Утро было не в пример прочим холодное. Дул сильный западный ветер, и реомюр показывал только 5о, а тучи, быстро проносились над вершинами Денди. С непривычки коченели руки, а мои босоногие и полуголые ашкеры, чтобы согреться, дрожа, бежали рядом с моим мулом.

Генерал дал мне проводников до Джиммы: несколько солдат и сына бывшего галласского царька Чоле-Быру, что значит в дословном переводе "ретивый -- серебряный". Это уже старый, седой, громадного роста галлас, с мужественным, но в то же время детски-наивным лицом. В белом живописном плаще, с соломенной шляпой на голове, небольшим соломенным зонтиком в руках и длинным копьем на плече, он сопровождал меня верхом на маленьком муле. Мальчик-слуга нес за ним на голове кулечек с продовольствием и вещами.

Дорога шла долиной р. Уальга -- по очень богатой и густо населенной галласами области Амая, недавно покоренной абиссинцами. Масса ручьев, стекающих с гор Роге и Тобо, делает эту местность на редкость плодородной. Поля сплошь обработаны, и усадьбы тянутся непрерывной улицей вдоль всей дороги.

Галласы Амая очень красивы, большого роста, хорошо сложены. В особенности красивы их женщины; у некоторых совершенно цыганский тип. Одеваются они в воловью кожу, которую опоясывают вокруг бедер так, что она образует как бы юбочку, отороченную сверху оборочкой. На руках и ногах красуются громадные браслеты из меди и слоновой кости, в уши продеты серьги, на шее -- бусы. Мужчины носят штаны и шаммы. Это племя в своем бытовом укладе почти ничем не отличается от прочих галласов, превосходя последних только своим торговым и промышленным развитием. Амая изобилует базарами, на которых можно достать отличные бумажные ткани.

По дороге я убил шакала, пуля пробила ему обе передние ноги выше колена, совершенно раздробив кости. В это время ко мне подъехал какой-то галлас, оказавшийся сыном бывшего царька Амая-Моти -- Бонти-Мая. Такое сильное действие маленькой на вид пули трехлинейной винтовки поразило моего нового знакомого и казалось ему сверхъестественным. Он долго и с удивлением рассматривал ружье, восхищаясь им.

Перейдя р. Уальгу, текущую в скалистых, отвесных берегах, мы после 9 1/2 -- часового перехода стали биваком. Ночью была сильная буря. Два мула и лошадь сорвались с коновязи, и их утром уже собирались угнать галласы соседней деревни. Мои ашкеры, однако, настигли злоумышленников и передали местному судье. К моему большому неудовольствию, он счел нужным арестовать не только виновных, но и животных, уменьшив этим мой и без того незначительный караван.

31 декабря. Мы вступили в почти пустынную равнину, раскинувшуюся широкой полосой вдоль р. Гибье и поросшую акациями редко встречающегося в Абиссинии вида. Это невысокие деревца, со светлой корой, почти без листьев. Ствол их в верхней части сильно разветвляется, а ветки унизаны шипами, которые в основании своем раздуты в полый шарик. Почти каждый из них с дырочками -- червоточинами, вследствие чего во время ветра шарики издают какой-то странный звук, вроде свиста. Равнина эта, богатая дичью, носит название Моча, что значит "чаща".

В полдень мы остановились на отдых около маленького галлаcского хуторка. Навстречу нам вышла молодая хорошенькая галласка. Она жила в доме своих родителей, убежав недавно от своего мужа.

-- Но твой муж может тебя увести обратно: он ведь заплатил за тебя родителям выкуп? Что ты тогда будешь делать? -- спросил я ее.