Образовавшимися въ погребѣ газами вышибло люкъ отъ подачи, которымъ убило наповалъ находившагося въ батарейной палубѣ матроса, а вырвавшимися газами обожгло четырехъ человѣкъ, которые въ непродолжительномъ времени скончались. Люди, работавшіе въ угольной ямѣ при тушеніи пожара, были удушены газами, образовавшимися при взрывѣ непріятельской мины, и, черезъ малые промежутки, одинъ за другимъ умерли. Трюмный машинистъ Петровъ, несмотря на полученные ужасные ожоги, продолжалъ исполненіе своихъ обязанностей до полной потери сознанія.
"Паллада", по подводкѣ пластырей и готовности паровъ, перешла на мелкое мѣсто, чтобы избѣжать риска затонуть на глубинѣ (у входнаго маяка), гдѣ и осталась, принявъ участіе въ бою 27-го января съ японскимъ флотомъ.
Тѣмъ временемъ командиръ "Баяна", поднявшись на мостикъ, спрашиваетъ:
Что такое? -- Миноносцы, -- былъ отвѣтъ.
Немедленно было отдано приказаніе освѣщать горизонтъ всѣми прожекторами, устроивъ свѣтовую преграду. Въ этотъ моментъ въ освѣщенной полосѣ показывается и, мелькнувъ, скрывается третій миноносецъ. На лѣвомъ флангѣ эскадры послышались выстрѣлы. Всѣ суда свѣтили, а черезъ нѣсколько минуть, тамъ, въ сторонѣ "Паллады", непрерывнымъ гуломъ загремѣли орудія. То было отраженіе первой минной атаки. Затѣмъ на нѣкоторое время все стихло. По всей эскадрѣ въ промежутки стрѣльбы царилъ хаосъ звуковъ.
Съ "Баяна" увидѣли накренившагося "Ретвизана". На немъ били водяную тревогу и семафорили: "Терплю бѣдствіе, прошу прислать шлюпки". Съ "Баяна" былъ туда посланъ паровой катеръ съ офицеромъ, который, вернувшись, доложилъ, что "Ретвизанъ", получивъ въ носовую часть лѣваго борта пробоину, подводитъ пластырь. Нѣсколько погодя, отчетливо было видно, какъ начали сниматься съ якоря "Цесаревичъ", "Ретвизанъ" и "Паллада".
Когда "Цесаревичъ", накренившись, уходилъ на мелкое мѣсто, его пытались вторично аттаковать миноносцы.
Отражая вторую ихъ аттаку, "Цесаревичъ" гремѣлъ лѣвымъ бортомъ, осыпая миноносцы снарядами. Когда онъ проходилъ мимо "Баяна", вынужденнаго молчать въ силу своего положенія къ остальнымъ судамъ эскадры, среди команды на всей палубѣ царило гробовое молчаніе. На лицахъ у всѣхъ невольно отражалось душевное состояніе. Всѣ говорили шепотомъ. Матросы обращались къ своимъ офицерамъ съ вопросами.
Ваше благородіе, да что это?-- Неужто японцы?-- Войны нѣтъ, -- какъ же это такъ?
Что было отвѣчать!? Всѣ были поражены и страшно озлоблены. Да, это были тревожныя минуты и тяжелая, томительная ночь. Всѣ были на чеку, ждали повторныхъ атакъ. Въ два часа непріятель, произведя послѣднюю -- по счету третью аттаку и, будучи отраженъ, отступилъ. Преслѣдовать уходившихъ японцевъ были посланы "Аскольдъ", "Новикъ" и миноносцы. Все стихло, лишь съ моря доносились рѣдкіе выстрѣлы нашихъ по убѣгавшему непріятелю.