Адмиралъ Рожественскій счелъ необходимымъ подчеркнуть въ своемъ приказѣ значеніе моральныхъ факторовъ для того или иного исхода сраженія. На этотъ счетъ у него были, очевидно, опасенія -- и небезосновательныя, какъ мы теперь знаемъ.
Остатки нашего флота на Дальнемъ Востокѣ.
Послѣ понесеннаго страшнаго разгрома въ Тихомъ океанѣ, отъ всего нашего флота на Дальнемъ Востокѣ послѣ 16-тимѣсячной борьбы на морѣ {Въ 1904 г. мы потеряли и броненосцевъ, и крейсеровъ, 11 мелкихъ судовъ и 15 миноносцевъ, не считая вспомогательныхъ судовъ.} осталось нашихъ судовъ, разоруженныхъ въ нейтральныхъ портахъ, настолько много, что изъ нихъ можно составить довольно порядочную эскадру. Адмиралъ Того тотчасъ же послѣ боя 15-го мая отправилъ на югъ къ Шанхаю летучій отрядъ контръ-адмирала Шимамуры въ составѣ двухъ броненосныхъ крейсеровъ ("Iwate" и "Yakumo"), явившійся 19-го мая у Шанхая и вынудившій согласіе на разоруженіе въ Вузунѣ 8-ми нашихъ судовъ, въ числѣ которыхъ былъ "Ріонъ", 3 парохода Добровольнаго флота и 3 угольщика. Со включеніемъ этихъ 8-ми судовъ общія наши потери съ 14 мая опредѣляются приблизительно въ 15.250 чел. людьми и въ 43 судна, общимъ водоизмѣщеніемъ въ 280.000 тоннъ, стоимостью до 200 милліоновъ рублей. Иначе сказать, мы потеряли грандіозный флотъ, по водоизмѣщенію большій всего японскаго флота и почти равный всему италіанскому флоту. Во всѣхъ нейтральныхъ портахъ стоятъ теперь разоруженными: 1 эскадренный броненосецъ, 4 большихъ и 1 малый бронепалубный крейсера, 1 мореходная канонерка, 10 миноносцевъ, 3 вспомогательныхъ крейсера, 3 парохода Добровольнаго флота и 5 транспортовъ. Въ общемъ это составляетъ большую эскадру въ 28 вымпеловъ, общимъ водоизмѣщеніемъ въ 130.000 тоннъ и начальной стоимостью не менѣе 70-ти милліоновъ рублей, разбросанную въ настоящее время по 6-ти портамъ (Чифу, Кіао-Чау, Шанхай, Сайгонъ, Манилла и Санъ-Франциско 2).
Несчастія нашего флота не ограничились ужаснымъ погромомъ у острова Цусимы. "Громовой", какъ сообщаетъ г. Бѣломоръ въ "Словѣ", за нѣсколько дней до 14-го мая, орн выходѣ изъ Владивостока, наткнулся на пловучую мину (вѣроятно, нашу же) и получилъ большую пробоину; хотя "Громовой" и удалось спасти, но этотъ крейсеръ вышелъ надолго изъ строя. Г. Бѣломоръ сообщаетъ поразительныя вещи о порядкахъ, дарящихъ во Владивостокскомъ портѣ. Оказывается, изъ трехъ большихъ доковъ, на бумагѣ значащихся во Владивостокѣ, функціонируетъ одинъ только сухой докъ Цесаревича Николая,-- значитъ, новый грандіозный сухой докъ (710 фут. длины) никакъ не могутъ окончить постройкой, а пловучій докъ, поднимающій на бумагѣ суда до 12.000 тоннъ, пропалъ безъ вѣсти. Въ единственномъ сухомъ докѣ цѣлый годъ сидитъ "Богатырь", а "Громобой" долженъ ждать очереди. Только-что успѣли починить этого гиганта послѣ тяжкихъ ранъ, полученныхъ имъ въ бою 1-го августа у Фузана, какъ прошлой осенью "Громобой", при выходѣ изъ Владивостока, наткнулся на камни и едва не пошелъ ко дну, съ большимъ трудомъ починили крейсеръ съ помощью кессоновъ, и вдругъ опять "Громобой" наткнулся на пловучую мину, неизвѣстно откуда взявшуюся. Единственнымъ представителемъ нашего флота въ водахъ Тихаго океана, на которомъ мы собирались утвердить на вѣки свое господство, остался крейсеръ "Россія". Если бы эскадра вице-адмирала Рожественскаго не погибла въ бою, она нашла бы медленную, но вѣрную смерть въ гавани Золотого Рога, вслѣдствіе преступной небрежности въ оборудованіи нашего единственнаго порта на Тихомъ океанѣ доками и мастерскими, безъ которыхъ современный боевой флотъ жить не можетъ.
Такимъ образомъ, Японіи надолго суждено оставаться владычицей морей, омывающихъ берега Азіи отъ Сингапура до Берингова пролива.
Матеріалы о возникновеніи русско-японской войны.
Въ послѣднее время въ печати появилось не мало интереснѣйшихъ документальныхъ давнихъ о возникновенія русско-японской войны. Въ сборникѣ дипломатическихъ документовъ, издаваемомъ въ Лейпцигѣ подъ названіемъ: "Das Staatsarchiv. Sammlung der ofücielen Akteatsücke zur Geschichte der Gegenwart" (Эгиди и Клаугольда), въ 69-мъ томѣ 6 Heft) напечатана дипломатическая переписка между русскимъ и японскимъ правительствами, предшествовавшая объявленію войны. Эта переписка состоять изъ 50 депешъ на англійскомъ языкѣ. На основаніи этихъ депешъ можно прослѣдить шагъ за шагомъ ходъ переговоровъ между нашимъ министерствомъ иностранныхъ дѣлъ и японскимъ посланникомъ въ Петербургѣ и японскимъ правительствомъ.
Почти одновременно въ "Русскихъ Вѣдомостяхъ" появился рядъ статей г. Гурьева, бывшаго однимъ изъ ближайшихъ сотрудниковъ С. Ю. Витте, въ бытность его министромъ финансовъ. Въ этихъ статьяхъ имѣются любопытные матеріалы, обрисовывающіе роль нашихъ дипломатовъ въ исторіи лѣсныхъ концессій на р. Ялу, которыя какъ теперь извѣстно послужили поводомъ къ русско-японской войнѣ. Кромѣ того, въ газетѣ "Владивостокъ" напечатаны любопытнѣйшія данныя, проливающія яркій свѣтъ на эту темную исторію тѣхъ же концессій. Всѣ эти документы не могутъ быть оставлены безъ вниманія въ нашей "Лѣтописи".