По окончаніи бомбардировки всѣ непріятельскія суда соединились и прошли вдоль внѣшняго рейда, но не рѣшились атаковать нашу эскадру, хотя къ этому времени на внѣшнемъ рейдѣ было лишь 7 судовъ противъ непріятельскихъ 18.
Прекрасной характеристикой нашего отношенія къ непріятельскому бомбардированію съ столь значительнаго разстоянія, какъ 12--14 верстъ, служитъ эпизодъ, имѣвшій мѣсто въ концѣ бомбардированія. Когда эскадра наша была еще на внѣшнемъ рейдѣ, раздалась вдругъ оживленная, повидимому, перестрѣлка со стороны Голубиной бухты. Явилась мысль, не производитъ-ли противникъ тамъ попытокъ къ высадкѣ? Но когда, по приказанію командующаго флота, наведены были необходимыя справки, то оказалось, что одинъ изъ ротныхъ командировъ, не обращая никакого вниманія на бомбардировку, производилъ назначенную на этотъ день "учебную" стрѣльбу.
По частнымъ слухамъ, японскіе миноносцы выпустили по нашимъ сторожевымъ судамъ двѣ мины съ разстоянія полутора мили, которыя выбросились на берегъ и въ настоящее время уже убраны.
До 14-го марта въ Портъ-Артурѣ опять было спокойно, но въ ночь на 14-е, послѣ захода луны, японцы сдѣлали вторичную попытку заградить выходъ изъ Портъ-Артурской гавани.
Покушеніе не удалось, непріятельскіе брандеры попали на камни, частію же затонули... Лейтенантъ Кривицкій, на сторожевомъ миноносцѣ "Сильный", лихою атакой взорвалъ головной брандеръ. На "Сильномъ" перебита паропроводная труба, приводъ рулевой машины; миноносецъ долженъ былъ выброситься на берегъ. Геройски ведя борьбу противъ 6 непріятельскихъ миноносцевъ, "Сильный" потерялъ убитыми 1 офицера и 6 нижнихъ чиновъ ранеными -- самого командира и 12 матросовъ.
Только около 4-го часа утра японскіе миноносцы отошли назадъ, и прекратилась канонада крѣпоствыхъ батарей. Въ 5 час. 25 м. утра огонь возобновился; показались вновь тѣ же миноносцы, a въ 6 час. утра и вся непріятельская эскадра. Уклоняясь отъ боя, она около 10 час. утра окончательно скрылась за горизонтомъ. О томъ, что предшествовало этому бою, въ "Варшав. Днев." напечатаны захватывающаго интереса письма покойнаго А. Н. Агапѣева изъ Портъ-Артура отъ 16 марта. Между прочимъ, полковникъ Агапѣевъ вынесъ изъ своихъ наблюденій заключеніе, что въ нападеніяхъ японской эскадры замѣчается извѣствая система -- аттаковать въ дни раннихъ приливовъ. Свои наблюденія онъ доложилъ адмиралу Макарову, и тотъ рѣшилъ на 13-е число утромъ выйти въ море.
Собравши на внѣшнемъ рейдѣ эскадру (5 броненосцевъ и 4 крейсера), адмиралъ рѣшилъ произвести ею развѣдку въ направленіи на группу острововъ Мяо-тао къ югу отъ Портъ-Артура. Погода была дивная -- полный штиль, и море открывалось до самаго горизонта, гладкое какъ зеркало. Въ 7 ч. 7 м. эскадра тронулась въ кильватерной колоннѣ имѣя два крейсера ("Баянъ" и "Аскольдъ") выдвинутыми на лѣвомъ флангѣ къ востоку, одинъ на югъ ("Новикъ") и одинъ ("Діана") на сѣверъ (въ видѣ аріергарда). Миноносцы и два развѣдочвыгь судна ("Всадникъ" и "Гайдамакъ") сопровождали эскадру съ запада на правомъ флангѣ. Пройдя на югъ отъ Портъ-Артура около 5 миль, эскадра свернула на SW (33 град.) и крейсеру "Новикъ" съ тремя миноносцами приказано было осмотрѣть два сѣверныхъ острова группы Мяо-тао (Бей-хуан-чжанъ-тао). Въ 7 час. 30 мин. на юго-востокѣ показался большой дымъ и нѣсколько трубъ, a потомъ послѣдовалъ сигналъ -- приготовиться къ бою и ударили короткую дробь -- тревогу. Однако, по приближеніи къ дыму, обнаружилось, что это были коммерческіе пароходы. "Аскольду" приказано было сигналами осмотрѣть эти четыре парохода, и по освидѣтельствованіи ихъ оказалось, что они слѣдовали подъ англійскимъ флагомъ изъ Шанхая въ Инкоу пустыми, съ тѣмъ, чтобы въ послѣднемъ пунктѣ получить грузъ.
Эскадра приближалась къ Мяо-тао, и "Новикъ" уже выдвинулъ два изъ приданныхъ ему миноносцевъ въ проливъ, раздѣлявшій оба сѣверныхъ острова, но, повидимому, ничего подозрительнаго въ нихъ не нашелъ и повернулъ къ югу; тутъ былъ замѣченъ небольшой пароходъ съ джонками. Когда "Новикъ" готовился къ нему подойти, въ эскадрѣ произошло нѣкоторое замѣшательство, вызванное выходомъ изъ строя "Севастополя", котораго нагналъ "Пересвѣть" при уменьшеніи хода эскадры и нѣсколько задѣлъ корму. Въ 9 ч. 50 м. "Севастополю" приказано итти въ гавань. Какъ разъ въ эту неудобную для насъ минуту получено по безпроволочному телеграфу съ Золотой горы свѣдѣніе, что 12 военныхъ судовъ показались на юго-востокѣ отъ Порть-Артура; a черезъ пять минутъ "Новикъ" открылъ огонь къ югу отъ острова Нань-хуан-чжан-дао, стрѣляя, повидимому, по показавшемуся ранѣе пароходу: положеніе сдѣлалось одно время тревожное, такъ какъ явилось вполнѣ естественное предположеніе, что "Новикъ" подвергся атакѣ японскихъ миноносцевъ. Но скоро дѣло разъяснилось: "Ноивкъ" разстрѣливалъ японскій пароходъ, на которомъ найдена была при осмотрѣ его мина Уайтхеда, и джонку, находившуюся на буксирѣ парохода, "Новику" было приказано сигналами прекратить огонь и присоединиться къ эскадрѣ, которая въ 10 ч. 40 м. утра взяла обратный курсъ къ Порть-Артуру; донесеніе же съ Золотой горы оказалось ложнымъ. Военныхъ судовъ никакихъ не было, вѣроятно, были замѣчены съ горы тѣ четыре англійскихъ парохода, которые осматривалъ "Аскольдъ". Къ 1 часу дня мы благополучно прибыли на внѣшній рейдъ, a къ 4 часамъ дня вся эскадра вошла на внутренній рейдъ.
Ночь на 14 число прошла довольно тревожно: въ 2 ч. 25 м. ночи съ баттарей былъ открытъ огонь; черезъ три минуты адмиралъ былъ уже на палубѣ "Петропавловска", a такъ какъ я выскочилъ какъ разъ въ ту же минуту, то онъ взялъ меня и лейтенанта Кедрова съ собой на паровой катеръ, чтобы поѣхать къ проливу -- узнать въ чемъ дѣло. Луна только что зашла, и во мракѣ ночи сверкали огни выстрѣловъ съ батарей и съ нашихъ сторожевыхъ лодокъ, стоявшихъ въ проливѣ, а по временамъ въ воздухѣ, точно ракеты, разрывались непріятельскіе снаряды; японскіе миноносцы, приблизившись къ Порть-Артуру, открыли по гавани огонь, но, какъ вообще ночная стрѣльба наугадъ, огонь ихъ былъ совершенно недѣйствителенъ. Сперва они подошли къ лодкѣ "Отважный", отъ которой только что отошелъ дежурный миноносецъ "Рѣшительный"; другой миноносецъ "Сильный" еще раньше вышелъ на внѣшній рейдъ. Когда мы подходили къ другой лодкѣ "Бобръ", изъ-за Золотой горы, въ разстояніи отъ насъ всего 1/2 версты показался темный силуэтъ большого японскаго судна, которое двинулось поперекъ пролива и по серединѣ его отдало якорь; слышно было, какъ звякали якорныя цѣпи. Съ минуты на минуту мы ждали взрыва его, но взрыва не послѣдовало; только лѣвѣе насъ изъ-за Золотой горы поднялся столбъ воды и огня, и на катерѣ было даже легкое сотрясеніе; очевидно было, что это взорвана была мина.
