Армія Кавамуры открыла этотъ рядъ ужасныхъ боевъ, которые въ совокупности носятъ названіе Мукденскаго сраженія. Задачей этой арміи было обезпеченіе праваго фланга наступавшихъ на Мукденъ остальныхъ силъ.
Цѣлью Ялуджанской арміи былъ Фушунъ.
Въ началѣ она состояла только изъ резервной дивизіи; 18-го февраля къ ней подошла пришедшая безконечно тяжелымъ походомъ изъ-подъ Портъ Артура 11-я дивизія, а 19*то февраля, безъ отдыха для этой дивизіи, началось наступленіе: резервной дивизіи -- справа, 11-й -- слѣва.Резервная дивизія произвела охватывающее движеніе вправо и заняла Чанкіазао, не встрѣтивъ сопротивленія. Это показалось страннымъ; опасаясь ловушки, дивизія остановилась, и, въ ожиданіи свѣдѣній отъ разосланныхъ лазутчиковъ, провела холодную ночь въ снѣгу, безъ огней. Отъ лазутчиковъ узнали, что русскіе въ значительныхъ силахъ укрѣпились на крутыхъ высотахъ Чинтсурина и что въ резервѣ у нихъ имѣлись сильные казачье отряды.
Еще до разсвѣта началось наступленіе къ Чинтсурину. Для этого японцамъ пришлось двигаться по глубоко и круто врѣзанной дорогѣ, и на ней-то русскіе и подготовили свое первое сопротивленіе: каждая высота была увѣнчана окопами, прикрытыми проволочными загражденіями и засѣками. Такъ какъ колонна, по;ъ сильнымъ фронтальнымъ и фланговымъ огнемъ не могла продвинуться впередъ, то одной бригадѣ было приказано атаковать высоту вправо, другой -- влѣво отъ дороги. Атаки эти были произведены съ такой стремительностью, что русскіе, совершенно ошеломленные, отошли къ Чинтсурину. Возможно, что русскіе, значительно уступавшіе въ численности, и не имѣли намѣренія оказывать здѣсь дѣйствительнаго сопротивленія, а только хотѣли задержать противника, чтобы датъ гарнизону Чинтсурина время для отступленія, такъ какъ японцы и это селеніе нашли не запятымъ русскими, ограничившимися засыпаніемъ оставленныхъ окоповъ артиллерійскимъ огнемъ. Ночь съ 20-го на 21-е февраля дивизія привела, укрывшись въ занятыхъ укрѣпленіяхъ, въ ожиданіи успѣховъ лѣвой, 11-й дивизіи.
Послѣдней пришлось столкнуться съ гораздо болѣе трудными обстоятельствами. Первой ея задачей было занятіе сильно укрѣпленнаго и занятаго селенія Цинхечена на правомъ берегу Тайцзы-хэ. 19 то февраля одна бригада переправилась черезъ эту рѣку и 20-го заняла Кіолайнгъ, восточнѣе Цинхечена. Развѣдка выясняла, что у противника имѣлось 17--18,000 чел. пѣхоты и 500--600 чел. конницы и что онъ, повидимому, готовился къ наступленію. Дѣйствительно, утромъ 22-го февраля русская артиллерія сильно обстрѣливала 11-ю дивизію, а днемъ одинъ русскій полкъ атаковалъ тотъ пунктъ, гдѣ обѣ дивизіи должны были соединиться. Это наступленіе было остановлено, но атака Цинхечена была отложена до слѣдующаго дня. Русская позиція, вѣнчавшая рядъ сопокъ, казалось, благодаря своему расположенію и силѣ укрѣпленій, такой сильной, что солдаты называли ее "Малый Портъ-Артуръ". Противъ этой позиціи и была направлена главная атака, для которой дивизія выступила до разсвѣта 23-го февраля. При леденящемъ вѣтрѣ и сильной снѣжной мятели наступленіе оказалось крайне затруднительнымъ и замедлилось еще и потому, что части дивизіи пришлось наводить мостъ въ Тайцзы-хэ, такъ какъ ледъ ее выдерживалъ тяжести людей. Русскіе подпустили японцевъ до 400 метровъ, но потомъ открыли такой страшный огонь, что наступающему пришлось броситься на землю и залечь. До вечера положеніе оставалось неизмѣннымъ; въ полночь была попытка произвести еще атаку, но и она разбилась о русскій огонь. 24-го февраля бой начался снова; хотя русская позиція и была обойдена съ трехъ сторонъ, тѣмъ не менѣе они отбивали всякую попытку штурма своимъ огнемъ. Тогда японцы обратились за помощью къ отчаянному средству. На скатѣ занятой русскими позиціи имѣлись слѣдующія укрѣпленія: ровъ, затѣмъ первый стрѣлковый окопъ; выше -- проволочное загражденіе и засѣка, затѣмъ еще ровъ, второй рядъ препятствій, затѣмъ второй стрѣлковый окопъ и на гребнѣ -- артиллерія. Скатъ былъ очень скалистъ и крутъ. Къ этой позиціи тогда направили, какъ это часто съ успѣхомъ практиковалось подъ Портъ-Артуромъ, небольшой отрядъ саперъ, вооруженныхъ ручными гранатами; имъ удалось забраться въ первый ровъ и отсюда бросить свои гранаты въ первый стрѣлковый окопъ, который русскіе, пораженные и испуганные страшной силой взрывчатыхъ веществъ, очистили. Другому отряду саперъ удалось взорвать проходъ въ первой линія проволочныхъ загражденій и засѣкъ, и тогда огонь японской артиллеріи съ такой силой сосредоточился за второмъ окопѣ, что защитники не имѣли уже больше возможности высунуть головы изъ-за бруствера. Подъ прикрытіемъ этого огня, саперы начали взрывать вторую линію препятствій, какъ вдругъ взорвалась мина и разорвала 10 человѣкъ на куски. Остальные продолжали работать, пробили широкій проходъ, и пѣхота бросилась на штурмъ. Она перешла черезъ первый ровъ и принялась подбираться ко второму, но, подъ угрозой вновь начавшагося огня и скатываемыхъ камней, принуждена была вновь остановиться. И снова саперы стали бросать ручныя гранаты въ окопы и снова съ тѣмъ же успѣхомъ: защитники очистили окопъ и подъ огнемъ противника отошли къ Цинхечену. Можетъ быть именно благодаря энергіи этихъ атакъ генералъ Куропаткинъ и былъ введенъ въ заблужденіе относительно силъ, наступавшихъ на его лѣвый флангъ, такъ какъ онъ всѣ свои резервы бросилъ въ эту сторону и облегчилъ генералу Ноги атаку русскаго праваго крыла.
Съ паденіемъ сильно укрѣпленнаго центра своей позиціи русскіе уже не могли больше на этомъ флангѣ оборонять прилегающія укрѣпленія и отошли на Далинъ. Здѣсь дралась ихъ резервная дивизія съ 20-го орудіями.
24-го февраля 11-я дивизія оставалась въ Цинхеченѣ, чтобы привести себя въ порядокъ для дальнѣйшаго наступленія; затѣмъ въ слѣдующую ночь она выступила при 22-хъ градусахъ мороза и мятели, по скользкимъ, мерзлымъ горнымъ дорогамъ и на разсвѣтѣ увидала непріятельскую позицію у Далина. Здѣсь русскіе занимали группу невысокихъ холмовъ, овладѣніе которыми показалось японцамъ съ перваго взгляда очень легкимъ. Въ полдень началась атака, которая, однако, наткнулась на неожиданное препятствіе. Мерзлая земля была такъ скользка, что войска могло продвигаться вверхъ только ползкомъ на колѣняхъ и подтягиваясь на рукахъ за выступы скалъ. Леденящій сѣверный вѣтеръ дѣлалъ положеніе невыносимымъ и атака была прервана. Ночью войска неимовѣрно страдали отъ холода, часть замерзла, большинство раненыхъ умерло отъ холода. Попытались атаковать ночью, но и эта попытка не удалась по тѣмъ же причинамъ; однако, въ ночь японцамъ удалось одержать большой успѣхъ: два ихъ отряда успѣли обойти непріятельскую позицію съ восточной и сѣверо-восточной сторонъ, и противникъ, видя на разсвѣтѣ, что его пути отступленія грозитъ опасность, отошелъ къ сѣверу до Махуантуня, гдѣ японское наступленіе было остановлено сильными резервами, подошедшими до Фушуна. Правая дивизія, которая послѣ боя у Цинхечена оттѣснила русскихъ черезъ Кинтую, Вулуковъ и Кукію, внезапно была остановлена у Титы. Здѣсь и у Махуантуня бой продолжался непрерывно въ теченіе восьми дней, и отчаянная борьба эта окончилась только тогда, когда русскіе резервы были оттянуты на правый флангъ западнѣе Мукдена.
Такъ какъ бой развивался отъ праваго фланга къ лѣвому, то теперь необходимо обратиться къ ходу дѣлъ въ арміи Куроки, дравшейся лѣвѣе Ялуджанской арміи.
Наступленіе началось 24-го февраля, въ 9 часовъ вечера, холодной, но безвѣтревой ночью; солдаты несли съ собой мѣшки, наполненные землей, дабы имѣть укрытіе въ бою. Путь шелъ по трудно доступной, гористой мѣстности. На лѣвомъ флангѣ шла гвардейская дивизія, въ центрѣ 12-я, справа 2-я дивизія; между гвардіей и 12-й дивизіей -- отдѣльная пѣхотная бригада. Границу между русскими и японцами отчасти, составляло теченіе Шахэ; высоты праваго берега были въ рукахъ русскихъ, лѣваго -- въ рукахъ японцевъ; нѣсколько селеній въ долинѣ рѣки послѣ долгихъ боевъ въ теченіе зимы остались въ рукахъ русскихъ и были заняты ихъ передовыми частями. Эти селенія, послѣ незначительнаго сопротивленія, были заняты, и въ 10 часовъ 40 минутъ вечера лѣвый берегъ рѣки былъ въ рукахъ японцевъ.
12-я и 2-я дивизіи также въ эту ночь дошли до русскихъ передовыхъ постовъ. 25-го февраля 2-я дивизія, вошедшая вправо въ связь съ Ялуджанской арміей, продолжала свое движеніе, заняла Утайскій и Эльмскій перевалы и лежащее между ними селеніе Эльмалинпаотцу. До сихъ поръ это было лтшь простое движеніе впередъ, но теперь дивизія очутилась передъ сильно укрѣпленной позиціей противника, которую она и начала обстрѣливать утромъ 26-го февраля. Начальникъ дивизіи пустилъ въ атаку и пѣхоту, и она вскорѣ овладѣла нѣкоторыми высотами, во затѣмъ, сильнымъ огнемъ обороняющагося, была остановлена.