Спасенный чудомъ великій князь Кириллъ Владиміровичъ былъ встрѣченъ на пристани братомъ своимъ, великимъ княземъ Борисомъ Владиміровичемъ, который, съ помощью нѣсколькихъ лицъ, перенесъ его въ желѣзнодорожный поѣздъ.
Августѣйшій больной былъ такъ сильно потрясенъ, что цѣлый день былъ въ сильномъ жару; при этомъ температура безпрестанно мѣнялась, скачками съ 38 на 40 и обратно, и только вечеромъ стала болѣе устойчивою.
У августейшаго больного оказались обожженными носъ и уши, особенно послѣднія, и ушибленъ бокъ, рука и нога.
Въ той же газуете воспроизведенъ примѣрный чертежъ, наглядно дающій понять о катастрофѣ 31 марта.
Кореспондентъ "Daily Mail", представлявшійся въ Харбинѣ великому князю Кириллу Владиміровичу, слышалъ отъ него слѣдующее о гибели "Петропавловска":
Въ моментъ взрыва великій князь находился на броненосцѣ. Адмиралъ Макаровъ былъ на противоположномъ концѣ корабля. Великому князю показалось, что все небо и море разверзлось. Изъ пропасти поднялись снопы ослѣпляющаго, всеразрушающаго пламени; вслѣдъ за этимъ среди оглушающаго шума появилось облако удушливаго дыма. Контуженный, ослѣпленный, задыхающійся и ошеломленный, великій князь все-таки настолько владѣлъ собой, что замѣтилъ, какъ "Петропавловскъ" началъ тонуть съ носовой части. Трупы лежали на переднемъ мостикѣ и ихъ смывали волны. Вокругъ были обломки. Великія князь понялъ, что необходимо пройти къ кормѣ, откуда легче будетъ спастись отъ водоворота, который долженъ образоваться, когда броненосецъ начнетъ окончательно тонуть. Онъ помнитъ, что пробился сквозь пламя, дымъ и трупы до барбетной башни, въ которую вода проникала съ такой силой, что ему понадобилось много усилій для прохода мимо. Достигнувъ борта, великій князь бросился въ воду и поднялся на поверхность только тогда, когда почувствовалъ, страшную тяжесть въ вискахъ. Подъемъ показался ему безконечнымъ; но онъ все-таки достигъ поверхности, увидѣлъ свѣть и набралъ воздуха въ легкія. Затѣмъ онъ схватился за какой-то плавающій обломокъ и помогъ уцѣпиться за этотъ же обломокъ другому пловцу. "Петропавловскъ" исчезъ. Море было спокойно. Обломокъ, за который онъ держался, былъ почти безъ движенія.