Великій князь не зналъ, сколько времени прошло съ начала катастрофы. Уже впослѣдствіи ему сказали, что между моментомъ взрыва и исчезновеніемъ броненосца прошли одна минута и сорокъ секундъ.
Корреспондентъ "Рус. Инв." г. Агаѳоновъ, какъ очевидецъ гибели "Петропавловска", приводитъ слѣдующія подробности катастрофы 31 марта.
Завязку кроваваго дѣла положила гибель миноносца "Страшнаго", геройски погибшаго верстахъ въ 10--12 отъ береговъ Артура подъ натискомъ неравныхъ силъ. Это было около 6 часовъ утра. Глазъ пытливо искалъ на волнахъ моря боевыхъ его товарищей, съ которыми онъ 30-го марта вечеромъ вышелъ на развѣдку, но на горизонтѣ ни вправо, ни влѣво никого не было. Только "Баянъ" осторожно пробирался изъ прохода гавани. Выйдя на просторъ, онъ на всѣхъ парахъ понесся къ повернувшимъ непріятельскимъ судамъ. Но помощь запоздала; тѣмъ не менѣе, ему удалось, какъ уже мы знаемъ, спасти пятерыхъ матросовъ, боровишхся со смертью на волнахъ пучины. На встрѣчу "Баяну" изъ туманной дали вырисовывались шесть силуэтовъ непріятельскихъ крейсеровъ. Съ нашей стороны за "Баяномъ" вышли крейсеры "Новикъ", "Діана" и "Аскольдь". Завязался бой. Японцы почти весь свой огонь сосредоточили на "Баянѣ", дерзко державшемся подъ носомъ y непріятеля; его буквально засыпали снарядами, большинство которыхъ перелетало черезъ отважный крейсеръ, причемъ снаряды давали то свѣтлый, то темно-синеватый дымъ. "Баянъ" дрался львомъ, посылая снаряды то съ кормы, то съ носа; ближайшей поддержкою ему служилъ "Новикъ", далѣе "Діана" и "Аскольдъ" и при выходѣ въ море держались два миноносца. Бой длился около 25 минутъ.
Въ 7 1/2 часовъ утра въ море вышелъ "Петропавловскъ", на которомъ держалъ свой флагъ вице-адмиралъ Макаровъ. Замѣтивъ выходъ броненосца, японскіе крейсера стали тихо удаляться, но черезъ полчаса они снова вырисовались. Наши суда подавались впередъ, какъ бы желая отрѣзать японцевъ отъ острововъ, лежащихъ по ту сторону пролива Ляотешань. Тѣмъ временемъ непріятельская эскадра сгустилась, поддержанная броненосцами. Въ 7 час. 56 мин. "Петропавловскъ" открылъ огонь. "Баянъ" попрежнему былъ въ ававгардѣ. Въ 8 час. 10 мин. въ море вышла "Побѣда", черезъ часъ "Пересвѣтъ", и еще позднѣе "Севастополь"; въ промежуткѣ проскользнули: миноносецъ "Бдительный", минный крейсеръ "Всадникъ" и другіе. Канонада продолжалась до 8 час. 15 мин., послѣ чего японцы нѣсколько подались назадъ. Въ 9 ч. 25 м. они снова вырисовались на горизонтѣ; въ боевой линіи можно было различить 8 кораблей; далѣе темнѣли еще какіе-то силуэты.
Вскорѣ "Петропавловскъ" повернулъ обратно, направляясь прямо къ проходу въ гавань; но, не дойдя верстъ двухъ, взялъ курсъ параллельно берега въ сторону Дальняго. Остальная эскадра стала строиться за нимъ въ кильватеръ. Подъ Золотой Горой, миновавъ Электрическій утесъ, "Петропавловскъ" сбавилъ ходъ; съ горы казалось, что онъ собирается отдавать якорь. Большинство судовъ нашей эскадры находилось верстахъ въ 3--4 отъ берега, прямо противъ входа въ гавань. "Петропавловскъ" же держался еще ближе къ берегу. Японцы замолчали; съ нашей стороны огонь поддерживали только ближайшія въ нимъ суда.
Въ это время на носу "Петропавловска" показался клубъ дыма; въ первый моментъ можно было подумать, что броненосецъ далъ залпъ, затѣмъ послѣдовалъ взрывъ; облако желтаго дыма окутало носовую половину судна. Сомнѣній не было, что броненосецъ гибнетъ, быстро погружаясь въ воду носомъ. Въ теченіе нѣсколькихъ мгновеній надъ водой осталась только объятая огнемъ кормовая часть судна, само же оно приняло почти вертикальное положеніе. Винтъ продолжалъ работать, размахивая въ воздухѣ своими крыльями. Еще мгновеніе -- и на мѣстѣ броненосца образовалась красная огненная воронка. Весь этотъ ужасъ произошелъ менѣе, чѣмъ въ двѣ минуты!
Великій князь Борисъ Владиміровичъ, находившійся тутъ же на Золотой Горѣ, видя гибель "Петропавловска", на которомъ былъ его брать Кириллъ Владиміровичъ, бросился къ верховымъ лошадямъ и помчался внизъ въ порть.
Минный крейсеръ "Гайдамакъ", находившійся саженяхъ въ ста отъ "Петропавловска", ближе къ берегу, какъ бы пораженный, не сразу ринулся къ броненосцу; вѣроятно, въ это время онъ спускалъ шлюпки, такъ какъ на его долю выпала святая обязанность спасти тѣхъ немногихъ, которые, уцѣлѣвъ отъ катастрофы, носились на волнахъ.
Въ первыя минута послѣ катастрофы эскадра замерла, очевидно, также недоумѣвая, что произошло. Корабли остановились и сгруппировались; нѣсколько мелкихъ судовъ на всѣхъ парахъ летѣли къ мѣсту катастрофы. Хорошо замѣтная японская эскадра хранила гробовое молчаніе.