Въ одной изъ батарей 9-й бригады орудіе осталось безъ лошадей и безъ прислуги. Офицеръ, увидѣвши, что вывезти ему орудіе нечѣмъ и что всѣ части уже ушли, замѣтилъ человѣкъ пятнадцать легко раненыхъ стрѣлковъ, медленно пробиравшихся съ сопки внизъ.
-- Братцы, давай вывезенъ орудіе...-- обратился къ нимъ офицеръ.
И раненые впряглись въ орудіе и доставили его въ безопасное мѣсто.
Было три часа дня. Внезапно налетѣвшія тучи съ дождемъ затянули небосводъ и полилъ крупный частый дождь. Наши войска стягивались въ длинную колонну и медленно уходили, уводя и унося раненыхъ. Убитые были оставлены, были оставлены и тѣ, кого приняли за убитыхъ... Ихъ прикончили японцы...
На крайнемъ правомъ флангѣ, стоя на сопкѣ, работалъ съ геліографной командой 1-го восточно-сибирскаго сапернаго батальона поручивъ Карбышевъ. Полилъ дождь, стемнѣло, позицію нашу затянуло пеленою водяныхъ капель, и онъ замѣтилъ отступленіе нашихъ только тогда, когда японцы уже сидѣли въ окопахъ, очищенныхъ стрѣлками. Съ командою въ шестьдесятъ человѣкъ сибирскихъ казаковъ и конныхъ охотниковъ онъ затемно двинулся по горамъ и сопкамъ обходить японцевъ.
-- Куда ни сунусь,-- разсказывалъ онъ послѣ -- вездѣ огни японскихъ биваковъ, чужой говоръ и выстрѣлы. Въ одномъ мѣстѣ, идя по гребню сопки, мы увидали внизу японскіе обозы. Искушеніе было слишкомъ сильно, мы слѣзли и дали по нимъ залпъ. Что тамъ сдѣлалось, вы себѣ представить не можете. Всѣ побросали лошадей, пововкИ и бросились бѣжать. Воспользовавшись замѣшательствомъ, мы переѣхали дорогу и стали пробираться на сѣверъ. Только подъ утро мы встрѣтили своихъ...
Два дня летучіе отряды Краснаго Креста шталмейстера Родзянко и хирурга фонъ-Мантейфеля и летучій отрядъ Евдокіи Алексѣевны Вороновой, 18 часовъ не слѣзавшей съ сѣдла и подбиравшей раненыхъ -- работали, не покладая рукъ. Родзянко -- человѣкъ выдающейся силы уносилъ, держа подъ руки, по три раненыхъ сразу. Два полныхъ поѣзда ушли уже, а раненые все прибываютъ. Одна первая стрѣлковая дивизія дала 72 раненыхъ офицера и 1,653 нижнихъ чина.
Санитарные, прекрасно оборудованные, поѣзда ушли, а раненые все прибываютъ. Сестры, въ бѣлыхъ капотахъ съ краснымъ крестомъ на груди, медленно ходятъ среди неподвижныхъ страдальческихъ фигуръ. Точно бѣлые ангелы носятся между солдатъ и утѣшаютъ и благословляютъ ихъ, свято исполнившихъ долгъ и присягу.
Въ сосѣднемъ вагонѣ полутьма. Безъ носилокъ, безъ костылей, на голомъ полу товарнаго вагона, лежатъ раненые. Посреди нихъ на солдатской скаткѣ, опершись ладонями о подбородокъ, сидитъ молодая сестра. Она вся въ бѣломъ. Грустное, усталое, измученное голодомъ лицо полно безотрадной печали.
-- Сестрица, пойдемте чай пить,-- говорить породи къ вагону пограничный офицеръ.-- Тамъ и доктора ваши...