Два другіе миноносца, прошедшіе въ гавань послѣ "Новика", также пытались выйти въ море, но японцы замѣтили ихъ и они возвратились въ портъ. Крейсера "Діана" и "Аскольдъ" не заходили въ Кіао-Чао.
"Neue Freie Fresse" изъ Лондона отъ 5-го (18-го) августа передала по телеграфу разсказъ офицера съ "Цесаревича".
"Нашъ адмиралъ былъ убитъ въ моментъ, когда онъ отдавалъ приказаніе. Та же граната убила двухъ флагъ-офицеровъ и четырехъ матросовъ-сигнальщиковъ. Вторая граната попала въ блокгаузъ; дѣйствіе этой гранаты было ужасающее; кто стоялъ вблизи, падалъ, обливаясь кровью. Командиру раздробило руки и прострѣлило черепъ. Третья граната попала въ фокъ-мачту, которая сломалась и повисла надъ водою, поддерживаемая вантами. Всѣ три гранаты слѣдовали одна за другой въ теченіе пяти минутъ; второй изъ нихъ были разрушены телефонъ, телеграфъ, компасъ и руль. Все судно дрожало и описывало концентрическіе круги. Необходимѣйшія исправленія были, однако, сдѣланы въ десять минутъ, и судно взяло курсъ на Цзиндао. Капитану пришлось, за неимѣніемъ компаса, руководиться теченіемъ и расположеніемъ звѣздъ. Къ утру одному молодому офицеру удалось смастерить компасъ. Въ теченіе ночи японскія канонерки атаковали насъ не меньше пяти разъ. Японцы разбросали много плавучихъ минъ по пути слѣдованія нашего флота. Работали всѣ орудія и машины превосходно. Мы шли въ Цзиндао со скоростью шестнадцати узловъ".
Очевидцы передаютъ еще одинъ изъ безчисленныхъ примѣровъ хладнокровія и спокойствія, проявленныхъ нашими моряками. Послѣ сраженія 28-го іюля, когда на броненосцѣ "Цесаревичъ" собирались хоронить товарищей, павшихъ въ бою, къ старшему офицеру подошелъ съ веселымъ видомъ раненый, весь перевязанный, молодой матросъ, имѣвшій уже солдатскій орденъ Георгія, и спросилъ его: "съ кѣмъ прикажете похоронить оторванную руку"? На это послѣдовалъ отвѣтъ: "похорони ее, братецъ, съ тѣмъ, кому она принадлежитъ". "Да она моя, ваше благородіе", весело отвѣчалъ матросъ. "Похорони ее съ тѣмъ, кто тебѣ всего дороже", посовѣтовалъ старшій офицеръ. Матросъ ушелъ; вернувшись черезъ нѣсколько времени, онъ доложилъ офицеру: "я похоронилъ ее съ ногами своего адмирала".
Кореспондентъ той-же газеты видѣлъ въ Шанхаѣ крейсеръ "Аскольдъ" и разсказываетъ, что ударъ миной, попавшій въ угольныя ямы, не въ силахъ былъ повредить броню, защищавшую машину. На легкихъ крейсерахъ, не имѣющихъ тяжелой брони на бортахъ и палубѣ, особенно тщательно прикрываются только котлы и машины. На "Аскольдѣ" машинное и котельное отдѣленія защищены двойной броней криволинейнаго сѣченія. Благодаря этому непріятельскій снарядъ, попавшій въ первую броню, отклоняется отъ первоначальнаго направленія и теряетъ свою живую силу настолько, что уже не можетъ пробить второго броневого слоя. Офицеры и команда говорятъ, что ихъ спасла только броня, прикрывавшая машины. Кромѣ пробоинъ, нанесенныхъ тяжелыми снарядами, палуба крейсера изрѣшетена ударами мелкихъ гранатъ, и надо удивляться, что, не смотря на всѣ разрушенія, причиненныя непріятельскимъ огнемъ, экипажъ сохранилъ полное спокойствіе и не потерялъ присутствія духа. Только что выйдя изъ кровавой бани, люди думали только о томъ, чтобы опять стать въ строй и вновь пойти на непріятеля.
Разбойничій захватъ миноносца "Рѣшительный".
На слѣдующій послѣ боя день, 29-го іюля, высланный изъ Портъ-Артура съ важными депешами миноносецъ "Рѣшительный", прорвавъ двѣ линія непріятельской блокады, прибылъ въ Чифу. Пока нашъ мѣстный консулъ велъ переговоры съ мѣстнымъ китайскимъ губернаторомъ о предоставленіи названному миноносцу необходимаго времени для исправленія поврежденій машины, командиръ миноносца лейтенантъ Рощаковскій, на основаніи бывшихъ у него инструкцій контръ-адмирала Григоровича, вступилъ въ соглашеніе съ начальникомъ стоявшей въ порту китайской эскадры адмираломъ Са, вслѣдствіе котораго миноносецъ спустилъ военный флагъ и вымпелъ и разоружился, передавъ китайскому адмиралу замки пушекъ, ружья и ударники отъ минъ.
Въ ночь на 30-е іюля къ Чифу подошелъ японскій крейсеръ въ сопровожденіи 2-хъ контръ-миноносцевъ, сейчасъ же направившихся внутрь порта. Не взирая на разоруженіе нашего миноносца и на протесты китайскаго адмирала, японскій десантъ при офицерѣ, подъ предлогомъ переговоровъ, произвелъ разбойничье нападеніе на безоружный экипажъ нашего судна.
Не имѣя оружія для сопротивленія, лейтенантъ Рощаковскій приказалъ приготовить миноносецъ "Рѣшительный" къ взрыву и когда японцы начали поднимать свой флагъ, оскорбилъ японскаго офицера лейтенанта Терашиму ударомъ по лицу и, сбросивъ его въ воду, приказалъ командѣ выбрасывать непріятеля. Наше сопротивленіе не могло бытъ, однако, дѣйствительнымъ и японцы завладѣли миноносцемъ. Взрывы носового натроннаго погреба и въ машинномъ отдѣленіи произошли, но миноносецъ "Рѣшительный" не затонулъ, и сильно погруженный носомъ быль захваченъ японцами и выведенъ изъ порта.
Послѣ нападенія японцевъ лейтенантъ Рощаковскій, мичманъ Петровъ, механикъ Кисляковъ, и 21 человѣкъ команды были спасены шлюпкою съ стоявшаго на рейдѣ китайскаго крейсера; лейтенантъ Каневскій и 22 человѣка команды -- людьми плавучаго маяка и шлюпками съ комерческихъ судовъ. Погибли минеръ Валовичъ и кочегаръ Звирбулисъ {По позднѣйшимъ свѣдѣніямъ оказался живъ и находится въ плѣну.}. Въ схваткѣ съ японцами командиръ миноносца раненъ пулею въ бедро, а мичманъ Петровъ, сопротивляясь подниманію японскаго флага, получилъ тяжелый ударъ прикладомъ въ грудь, вызвавшій внутреннее кровоизліяніе; нижнихъ чиновъ ранено 4, всѣ легко. Всѣ раненые помѣщены въ мѣстный французскій миссіонерскій госпиталь.