II. Лица, приступающие к таинству брака, по правилам православной Церкви:
1) Должны быть оба веры христианской. Ибо без веры во Христа нет в человеке и приемлемости для благодати Божией, сообщаемой чрез таинства (§ 197), и вообще пользоваться духовными дарами, какие предлагаются в царстве благодати Христовой, могут одни те, которые вступили уже в это царство чрез дверь крещения (Иоан. 3, 5). Посему брак с не верными (не христианами) Христианам запрещен (IV вселенск. Соб. прав. 14; VI вселенск. 72).
2) Должны быть веры православной, если не оба, то, по крайней мере, одно, т. е. жених или невеста. Иначе, как может быть принято с искреннею верою благословение Божие от служителя православной Церкви, когда нет веры к самой Церкви, раздаятельнице даров благодати? Но если хотя одно лицо из брачущихся православно: то ради этого одного низводится благословение Божие на союз брачущихся, так как оба они, по Слову Божию, становятся тогда в плоть едину (Матф. 19, 5). Низводится, однакож, под тем условием, чтобы неправославное лице никаким образом не касалось впредь веры лица православного, и чтобы имеющие произойти от них дети были воспитаны в православной вере (Соб. лаод. прав. 10. 31; IV всел. прав. 14; VI всел. пр. 72).
3) Должны находиться вне известных степеней родетва плотского и духовного, определенных правилами Церкви (VI всел. пр. 63. 54; неокесар. 2; Васил. вел. 23. 78. 87; Тимоф. 11).
4) Должны иметь взаимное добровольное согласие на вступление в брак. Это вытекает из самого существа брачного союза: оставит человек, сказал Господь, отца своего и матерь, и будета оба в плоть едину (Матф. 19, 5). Такое соединение двух лиц возможно только по силе свободной воли, движимой любовию, а отнюдь не по принуждению. Потому Церковь всегда торжественно вопрошает жениха и невесту пред самым их венчанием: по благому ли и непринужденному произволению вступают они в супружество. И только получив утвердительный ответ, благословляет их союз[1516].
§ 237.
Свойства христианского брака, освящаемого таинством.
Свойства христианского брака, освящаемого таинством, суть: а) единичность, т. е. христианский брак есть союз только одного мужа и одной жены, и б) нерасторжимость.
1. Христианство решительно запрещает многоженство (πολυγαμία) и освящает таинством только союз двух лиц, одного мужа и одной жены (μονογαμία). Ибо таков первоначальный закон брака, положенный Творцом в самой природе человека, и тогда же выраженный праотцем рода человеческого, по вдохновению свыше. И сотвори Бог человека, повествует свящ. бытописатель, мужа и жену сотвори их (Быт. 1, 27). И далее: и созда Господь Бог ребро, еже взя от Адама, в жену, и приведе ю ко Адаму. И рече Адам: се ныне кость от костей моих, и плоть от плоти моея: сия наречется жена, яко от мужа своего взята бысть сия. Сего ради оставит человек отца своего и матерь, и прилепится к жене своей: и будета два в плоть едину (2. 22–24; снес. Матф. 19, 4–6). Этот закон подтвердил и объяснил сам Христос Спаситель, когда сказал: сотворивый искони, мужеский пол и женский сотворил я есть, и рече: сего ради оставит человек отца своего и матерь, и прилепится к жене своей, и будета оба в плоть едину. Якоже ктому неста два, но плоть едина (Матф. 19, 4. 5). На этот же закон ясно указывал Христианам и св. апостол Павел, говоря: кийждо свою жену да имать… жена своим телом не владеет, но муж: такожде и муж своим телом не владеет, но жена (1 Кор. 7, 2. 4), и внушая христианским супругам, что их союз таинственно образует собою союз Христа с Церковию (Еф. 5, 23 и след.). Так учили потом об этом законе брака и все св. Отцы и учители Церкви[1517].
Впрочем, запрещая иметь двух и многих жен, или мужей, в одно и тоже время, св. вера не возбраняет супругам вступать в другой брак в случае смерти кого–либо из них, хотя и отдает преимущество пред таким браком честному вдовству. Глаголю безбрачным и вдовицем, пишет св. Апостол, добро им есть, аще пребудут, якоже и аз. Аще ли не удержатся, да посягают: лучше, бо есть женитися, нежели разжизатися (1 Кор. 7, 8. 9). И затем: жена привязана есть законом, в елико время живет муж ея: аще же умрет муж ея, свободна есть, за ис негоже хощет посягнути: точию о Господе. Блаженнейша же есть, аще тако пребудет (— 39. 40; см. также Рим. 7, 2. 3; 1 Тим. 5. 14). Равным образом и св. Отцы никогда не возбраняля желающим вступать во второй брак[1518]; но только видели в этом, на основании приведенных слов Апостола, одно снисхождение к человеческой немощи и недостаток христианского совершенства[1519]. Потому и положили в своих правилах, чтобы вступающие во второй брак иногда несли церковное покаяние, как не соблюдшие воздержания, свойственного Христианам[1520], чтобы самый брак сей совершался с меньшею церковною торжественностью, с отменением некоторых свящ. обрядов. употребляемых при первом браке[1521], и чтобы второбрачные не были допускаемы к степеням церковной иерархии (1 Тим. 3, 3. 12; Тит. 1, 6)[1522]. Что касается до третьего брака: то он, по там же правилам отеческим, хотя есть нечистота в Церкви, но лучше любодеяния, и потому дозволяется, только с епитимиею, большею против епитимии для двоебрачных; а четвертый брак, как многоженство, совершенно запрещается[1523].