Музыка удаляется.
Итак, господин Голубков, я думаю, что вы и сами перестанете настаивать на том, чтобы я вручил неизвестному молодому человеку целую тысячу долларов?
Г о л у б к о в. Да, я не буду настаивать. Но я хотел бы сказать вам на прощанье, господин Корзухин, что вы самый бездушный, самый страшный человек, которого я когда-либо видел. И вы получите возмездие, оно придет! Иначе быть не может! Прощайте! (Хочет уйти.)
Звонок. Входит А н т у а н.
А н т у а н. Женераль Чарнота.
К о р з у х и н. Гм... Русский день. Ну, проси, проси.
А н т у а н уходит. Входит Ч а р н о т а. Он в черкеске, но без серебряного пояса и без кинжала и в кальсонах лимонного цвета. Выражение лица показывает, что Чарноте терять нечего. Развязен.
Ч а р н о т а. Здорово, Парамоша!
К о р з у х и н. Мы с вами разве встречались?
Ч а р н о т а. Ну вот вопрос! Да ты что, Парамон, грезишь? А Севастополь?