В свою очередь, Антон Антонович окончательно оробел. Он не знал, с какого боку подойти к этому плюгавенькому, маленькому человечку.
- Извините, я, право, не виноват, позвольте мне предложить переехать со мной на другую квартиру. - Антон Антонович замер от своего решительного хода.
Иван Александрович не на шутку испугался и начал пятиться от городничего, шепча:
- То есть...
Иван Александрович уперся в стенку, дальше отступать некуда. Он прокричал следующее слово:
- В тюрьму...
По истошному крику Хлестакова нельзя было понять, он спрашивает городничего или сам ему угрожает тюрьмой. И, как это бывает при сильном испуге, Хлестаков начал кричать:
- Да какое вы имеете право... Да вот и... я служу в Петербурге...
Городничий не ждал такого оборота. При последних словах Хлестакова колени Антона Антоновича подогнулись и задрожали.
Вот этот-то самый испуг Антона- Антоновича и увидел Осип, внимательно следивший за всем происходящим, и начал Хлестакову подавать всевозможные знаки, внушая ему, чтобы он наседал на городничего еще пуще, не сдавался и что, дескать, все будет очень хорошо.