– - Гонец от войска,-- сказал боярин и подал письмо государю. Царь стал читать, и вдруг краска заиграла на его лице, глаза воссияли радостью.
– - Федор Шереметев поймал в Ельце Гришку Отрепьева и прислал ко мне окованного в цепях. Он здесь, на дворе! -- сказал Федор.
– - Как, он пойман? -- воскликнул Басманов.
– - Слава Богу, слава Богу! -- сказала царица, крестясь.
– - Ах, Боже мой! я боюсь смертельно: не козни ли это чародея? Уйду, страшно! -- воскликнула царевна Ксения.
– - Не бойся, сестрица,-- примолвил царь.-- Сам Бог предает нам в руки нашего злодея. Слава Богу, слава Богу! Ах, как жаль, что родитель мой не дожил до этого!
– - Если б злодея поймали при его жизни, то, верно, с ним не приключилась бы и лютая болезнь,-- сказала царица.-- Он погиб от расстриги! Сердце-вещун говорит мне это.
– - Теперь все узнаем,-- сказал царь.-- Петр Федорович! Вели сей час привести злодея в нижнюю палату: мы сами его допросим. Не надобно разглашать этой вести, пока мы не поговорим с пленником. Пристава, который привез его, также задержи во дворце.
– ----
Царь Феодор сидел на скамье в нижней палате, а возле него стоял Басманов с мечом при бедре, с ножом в золотых ножнах за поясом. Дверь отворилась, и два воина ввели чернеца, окованного тяжкою цепью по рукам и по ногам. Волосы его были всклочены, впалые глаза и бледное лицо обнаруживали утруждение и бессонницу; одежда покрыта была пылью и грязью. От слабости и усталости он едва держался на ногах. Чернец поклонился государю, а воины вышли за двери.