Гости откланялись и вышли; остались только тесть царя, воевода Мнишех, и безотлучные любимцы Меховецкий и Басманов.
– - Признаюсь, государь, любезнейший мой сын,-- сказал Мнишех,-- что мне не нравится твой боярин князь Василий Шуйский: этот малорослый старичишка с отвратительным лицом, подслепыми глазами, носит лесть на языке, а яд в сердце (128). Ты напрасно слишком доверяешь ему, любезнейший сын!
– - Правда, что он безобразен,-- примолвил царь с улыбкою,-- но умен, рассудителен и лучше всех других бояр понимает дело и знает Россию. Какая мне нужда до его чувств? Я не боюсь ничего и для совета моего ищу только людей разумных. Любит ли он меня или нет -- мне до этого нет нужды.
– - Он уже умышлял измену, государь,-- сказал Басманов,-- и если б не предупредили его, то, верно, возжег бы мятеж противу тебя.
– - Которого сам был бы первою жертвою,-- возразил царь.-- Верю, что он мог бы собрать десятка два сорванцов; но они рассеялись бы при моем появлении и выдали зачинщика. Все пустое! Народ и войско мне преданы, а бояре ничего не смеют предпринять. Могут болтать вздор по углам -- и только!
– - Ты слишком самонадеян, государь, любезнейший сын,-- сказал Мнишех.-- Народ легко соблазнить, и, если мы не станем наблюдать за боярами, они могут повредить нам в общем мнении.
– - И тем более, что наши поляки ведут себя дурно, неприлично, буйно! -- примолвил Меховецкий с жаром.-- Если б русские прибыли к нам в Краков за чем бы то ни было и осмелились таким образом оскорблять смиренных граждан, то не обошлось бы без кровопролития. Я удивляюсь, государь, терпению твоих русских! Ты наградил всех прибывших с тобою поляков и велел им возвратиться в отечество. Послушались ли они тебя? Нет. Живут в Москве без всякого дела, занимают лучшие домы и пируют на счет своих хозяев, оскорбляя их беспрерывно. Этому должен быть конец, иначе русские возненавидят всех нас и, наконец,-- тебя, государь!
– - Пустое, все пустое! -- сказал царь, улыбаясь.-- Великая беда, что воин пошалит на постое! Вы все представляете себе в ужасном виде по пословице: "У страха глаза велики". Пусть мои воины поживут весело; после им и самим захочется домой, а мои добрые москвичи все забудут, лишь только я приласкаю их!
– - Государь! в Москве сильно негодуют на то, что здесь собралось такое множество вооруженных иноземцев,-- сказал Басманов.-- Виданное ли дело,-- говорят в народе,-- чтоб ехать на свадебный пир, как на войну. Москва -- как будто город, взятый на копье! Должно переносить насилия и обиды Бог знает за что и от кого! Верно, царь не любит нас, когда попускает обижать чужеземцам. Вот как толкуют!
– - Толкуют вздор и перестанут! -- возразил царь.-- Они должны знать, что это обычай польских панов ездить в гости с своими воинами.