Чрез полчаса Федор Конев возвратился в лавку. Он был бледен, и на лице его приметно было смущение.
– - Ну, ступай с Богом домой,-- сказал он мещанину.
– - Да ведь я пришел к тебе за своим делом, отец родной,-- сказал мещанин, низко поклонясь.-- Твои обозы пойдут к городу Архангельску по первому зимнему пути: не дашь ли мне местечка, кормилец? Придется жене и детям сидеть зиму голодом, если ты не пособишь. Ведь я уже служил тебе во обозных приказчиках, и ты всегда оставался доволен.
– - Хорошо, хорошо,-- отвечал купец,-- теперь мне не досужно; приходи в другое время, в средине недели. Я дам тебе место.
Мещанин поклонился и пошел домой. Федор Конев сел на скамью и погрузился в думу.
В это время подошел к нему купец из Скорнячного ряда, Семен Ильич Тараканов, старинный Друг его и ровесник.
– - Что призадумался, кум? -- сказал Тараканов, ударив Конева по плечу.-- Слыхал ли ты вести?
– - Вести, какие? -- спросил торопливо Конев.
– - Говорят под рукою, будто царевич Димитрий Иванович не убит в Угличе, а цел и невредим.
– - Господи, воля твоя! Что ты говоришь, кум? Знаешь ли, что за это можно поплатиться головою? -- сказал Конев.