- Какие ныне деньги, сударь. Торговля идет плохо!
Я не мог удержаться от смеха при этой жалобе: Пафнутьич повторил ее, в подражание купцам, которые, обогащаясь беспрестанно, жалуются на упадок торговли.
- Помилуй, любезный, - сказал я, - когда же твой товар был в ходу? Неужели и ты станешь жаловаться на тарифы и таможни?
- А почему не жаловаться мне, когда богатые жалуются? Ведь мелкая торговля тянется по следам за большою. Большая вперед, и малая за ней; большая назад, и малая туда же.
- Полно рассуждать, Пафнутьич, - сказал Рубоперин. - Вот алмазное перо; бриллиантщики оценили его в 15 000 рублей; сколько дашь под залог этой вещи?
- Бриллиантщики оценили! - воскликнул Пафнутьич. - А подите-ка продавать им, так увидите, что не дадут и половины. Но мне нужно знать, во-первых, на сколько времени изволите брать деньги; ведь от этого зависит у нас цена вещи, то есть по соразмерности процентов.
- На месяц, много на два, - отвечал я.
- Мал срок, - отвечал Пафнутьич, - не могу дать более трех тысяч рублей.
Я рассердился.
- Ты хуже всякого жида! - воскликнул я. - И стоишь, чтоб тебя бросить в Неву и с твоею западней.