- Мне, право, все что-то не верится. Проклятый Мазепа обманул, обольстил тебя и завлек в свои дьявольские сети! Ужели правда, что Москва хочет уничтожить казатчину и гетманщину? Лжет, как собака, вражий сын!
- Помилуй, батько, - сказал Огневик, - да зачем же ты посылал меня к Мазепе, если не можешь и не хочешь верить ни клятвам его, ни обещаниям? Может ли он дать большее доказательство своей искренности, когда соглашается прибыть на свидание с тобою, безоружный, позволяя тебе явиться с вооруженною дружиной? Нет, батько! если ты порассудишь, то убедишься, что Мазепе более нужна твоя дружба, нежели твоя погибель. В тебе он будет иметь сильную подпору, без тебя он будет все в таком же положении, как и теперь.
- Бог с вами! - сказал Палей. - Пусть будет по-вашему! - Потом, обратясь к казакам, стоявшим у дверей залы, примолвил: - Развяжите пана Дульского и освободите баб из погреба!
- А других? - спросил Огневик.
- А какое дело Мазепе до других ляхов! - возразил Палей.
- Да ведь они друзья пана Дульского, приятеля Мазепы!
- Ну так что ж?
- Их также надобно освободить.
- А кого же мне придется повесить? - спросил Палей простодушно.
- Теперь, батько, никого не надобно вешать. Мир заключен - и конец мести и войне!