-- А молодые графы претерпят унижение! -- заметил один жрец с глубочайшим злорадством. -- Вместо того, чтобы сидеть за столом наряду с королем, им придется прислуживать ему в качестве простых слуг.
-- Во-первых, -- произнес тот же ученый жрец, -- хотелось бы мне видеть это со стороны!.. Этот Годвин, действительно, очень опасный человек! Я советую королю не забывать об участи, постигшей его брата.
Король с невольным ужасом вздрогнул и закрыл лицо руками.
-- Как ты смеешь напоминать об этом злодеянии! -- воскликнул Альред негодующим голосом. -- Разве ты можешь говорить с такой уверенностью при отсутствии улик?
-- Улик! -- повторил глухим голосом король. -- Тот, кто не содрогается перед убийством, тот не отступит, конечно, и перед вероломством!.. Положительных доказательств, конечно, не представлено, зато Годвин не выдержал ни одного искуса на так называемом грозном божьем суде; нога его не переступила через борозду плуга, а рука не хватала каленого железа... Да, почтенный отец, ты напрасно напомнил об этом кровавом случае!.. Глядя на личность Годвина, мне все будет казаться, что я вижу за ней окровавленный труп Альфреда!
Король встал взволнованный и стал ходить по комнате. Потом махнул рукой, давая знать, что аудиенция окончена.
Все тотчас же ушли, исключая Альреда, который подошел тихонько к Эдуарду.
-- Прогони от себя эти мрачные мысли, государь! -- сказал он ему кротко. -- Прежде, чем ты обратился к Годвину за поддержкой и повенчался с дочерью его, тебе было известно, что его винило и что его оправдывало. Ты знал, что твоя чернь его подозревала, а дворянство твое оправдало. Теперь уж поздно выказывать ему такое недоверие, тем более, что время его близится уж к концу
-- Гм! Ты хочешь сказать, чтобы я предоставил Богу вершить над ним суд: пусть же будет по-твоему! -- ответил король.
Он круто повернулся, и это обстоятельство заставило Альреда удалиться из комнаты.