-- Может быть, -- ответил саксонец угрюмо. -- Язык датчан тоже немного отличается от нашего, но это не мешало же им жечь наши дома и резать нас как кур.
-- Ну, что поминать о такой старине! -- заметил рыцарь. -- Ты, впрочем, очень кстати сравнил норманнов с датчанами... Видишь ли: последние сделались очень мирными английскими подданными, так что вскоре уже трудно будет отличить их от саксонцев.
-- Не лучше ли оставить этот бесполезный разговор? -- сказал саксонец, инстинктивно чувствовавший, что ему не переспорить ученого рыцаря, но вместе с тем понимавший, что норманн недаром заговорил с ним таким дружеским тоном. -- Я никогда не поверю, мессир Малье или Гравель, что ли, не взыщи, если я не так величаю тебя, -- я ни за что не поверю, чтобы саксонцы с норманнами когда-либо искренне полюбили друг друга... А вот и жилище жрецов, в котором ты желал остановиться.
Саксонец указал на низкое, грубое, деревянное здание, стоявшее на самом краю болота, кишащего улитками и разного рода гадами.
-- Хотелось бы, друг Сексвольф, чтобы ты видел норманнские храмы, ответил Малье де-Гравиль, презрительно пожав плечами, -- они выстроены из камня и красуются в самых прелестных местностях! Наша графиня Матильда понимает толк в архитектуре и выписывает техников из Ломбардии, где обретаются самые лучшие зодчие.
-- Ну, уж прошу тебя не рассказывать это королю Эдуарду! -- воскликнул саксонец тревожно. -- А то он, чего доброго, захочет подражать норманнам, между тем как в казне и то уж почти пусто, -- скоро хоть шаром покати.
Норманн набожно перекрестился, как будто Сексвольф произнес хулу на Бога.
-- Ты, однако, не очень то уважаешь монастыри, достойный саксонец, заметил он наконец.
-- Я воспитан в труде и терпеть не могу тунеядцев, которые поглощают заработанное мной, -- пробурчал Сексвольф. -- Разве тебе, мессир Малье, неизвестно, что одна треть всех земель Англии принадлежит друидам?
-- Гм! -- промычал норманн, который несмотря на все свое благочестие, прекрасно умел пользоваться грубой откровенностью своего спутника. -- Мне кажется, что и ты имеешь причины быть не совсем довольным в этой веселой Англии, мой друг!