Итальянецъ хотѣлъ, по видимому, выразить эпитетъ неслишкомъ выгодный для мистриссъ Риккабокка, но умолчалъ о немъ и вмѣсто того кротко прибавилъ:
-- Такъ добра. Притомъ же согласитесь, что у насъ не можетъ быть слишкомъ много общаго.
-- О, нѣтъ, въ этомъ отношеніи я не согласенъ съ вами. Вашъ домъ, ваши интересы, ваше счастіе и наконецъ жизнь васъ обоихъ непремѣнно должны быть общими между вами. Мы, мужчины, до такой степени взыскательны, что, рѣшаясь начать супружескую жизнь, надѣемся найти для себя идеальныхъ нимфъ и богинь, и еслибъ мы находили ихъ, то повѣрьте, что цыпляты за нашимъ столомъ всегда обращались бы не въ сочное и питательное блюдо, а въ мочалки, и телятина являлась бы такая жочткая и холодная, какъ камень.
-- Per Bacco! вы настоящій оракулъ, сказалъ Риккабокка, съ громкимъ смѣхомъ.-- Не забудьте, однако, что я не такой скептикъ, какъ вы. Я уважаю прекрасный полъ слишкомъ много. Мнѣ кажется, что большая часть женщинъ осуществляютъ тѣ идеалы, которые мужчины находятъ..... въ поэтическихъ произведеніяхъ!
-- Правда ваша,-- правда! да вотъ хоть бы моя неоцѣненная мистриссъ Дэль, началъ мистеръ Дэль, не понимая этого саркастическаго комплимента прекрасному полу, но понизивъ свой голосъ до шопота и оглядываясь кругомъ, какъ будто опасаясь, чтобы кто нибудь не подслушалъ его: -- моя неоцѣненная мистриссъ Дэль лучшая женщина въ мірѣ. Я готовъ назвать ее геніемъ-хранителемъ; конечно....
-- Что же это такое конечно? спросилъ Риккабокка, принимая серьёзный видъ.
-- Конечно, и я бы могъ сказать, что "между нами нѣтъ ничего общаго", еслибъ я сталъ сравнивать ее съ собой относительно ума и, вооруженный логикой и латынью, презрительно сталъ бы улыбаться, когда бѣдная Кэрри сказала бы что нибудь не столь глубокомысленное, какъ мадамъ де-Сталь. Но, припоминая всѣ маленькія радости и огорченія, которыми мы дѣлились другъ съ другомъ, и чувствуя, до какой степени былъ бы я одинокъ безъ нея, я тотчасъ постигаю, что между нами столько есть общаго, сколько можетъ быть между двумя созданіями, которыхъ одинаковое образованіе одѣлило одинаковыми понятіями; и, кромѣ того, женившись на черезчуръ умномъ созданіи, я находился бы въ безпрерывной борьбѣ съ разсудкомъ, находился бы въ томъ непріятномъ положеніи, какое испытываю при встрѣчѣ съ такимъ скучнымъ мудрецомъ, какъ вы. Я не говорю также, что мистриссъ Риккабокка одно и то же, что мистриссъ Дэль, прибавилъ мистеръ Дэль, болѣе и болѣе одушевляясь: -- нѣтъ! во всемъ мірѣ существуетъ одна только мистриссъ Дэль. Вы выиграли призъ въ лотереѣ супружества и должны довольствоваться имъ. Вспомните Сократа: даже и онъ былъ доволенъ своей Ксантиппой!
Въ эту минуту докторъ Риккабокка вспомнилъ о "маленькихъ капризахъ" мистриссъ Дэль и въ душѣ восхищался, что въ мірѣ не существовало другой подобной женщины, которая весьма легко могла бы выпасть на его долю. Не обнаруживая, однако же, своего тайнаго убѣжденія, онъ отвѣчалъ весьма спокойно:
-- Сократъ былъ человѣкъ выше всякаго подражанія. Но и онъ, я полагаю, очень рѣдко проводилъ вечера въ своемъ домѣ. Однако, revenons à nos moutons, мы почти у самого коттэджа мистриссъ Ферфильдъ, а вы еще не сказали мнѣ, что сдѣлано вами для Леонарда.
Мистеръ Дэль остановился, взялъ Риккабокка за пуговицу и въ нѣсколькихъ словахъ сообщилъ ему, что Леонардъ долженъ отправиться въ Лэнсмеръ къ своимъ родственникамъ, которые имѣютъ состояніе и если захотятъ, то устроютъ его будущность, откроютъ поприще его способностямъ.