Съ другой стороны, онъ молчалъ еще и потому, что хотя имѣлъ небольшую практику, но жилъ безбѣдно, не былъ алченъ до денегъ и ни подъ какимъ видомъ не подозрѣвалъ въ своемъ паціентѣ богача.
А кошелекъ между тѣмъ находился уже въ рукѣ Гэленъ. Докторъ Морганъ взялъ его въ свои руки и сквозь истертую сѣтку увидѣлъ въ немъ нѣсколько гиней. Онъ отвелъ дѣвочку немного въ сторону.
-- Скажите мнѣ, дитя мое, откровенно, богатъ ли вашъ папа?
И вмѣстѣ съ этимъ онъ бросилъ взглядъ на полу-оборванную одежду Дигби, небрежно набросанную на стулъ, и на полинялое платьице Гэленъ.
-- Къ несчастью, онъ очень бѣденъ! отвѣчала Гэленъ.
-- Неужели тутъ все, что вы имѣете?
-- Все.
-- Мнѣ очень совѣстно, сэръ, предложить вамъ двѣ гинеи, произнесъ мистеръ Дигби глухимъ голосомъ.
-- А мнѣ было бы еще совѣстнѣе принять ихъ. Прощайте, сэръ.... Подите сюда, дитя мое. Берегите ваши деньги и не тратьте ихъ на другого доктора болѣе того, сколько вы можете заплатить ему. Его лекарства не принесутъ особенной пользы вашему отцу. Но, во всякомъ случаѣ, я полагаю, не мѣшаетъ попробовать какія нибудь средства. Онъ еще ненастоящій медикъ, слѣдовательно и не имѣетъ права на возмездіе. Онъ пришлетъ вамъ счетъ; но этотъ счетъ не будетъ для васъ слишкомъ обременителенъ. Понимаете?... И за тѣмъ прощайте. Да благословитъ васъ небо!
Докторъ Моргань ушелъ. Разсчитываясь съ хозяйкой гостинницы, онъ считалъ нелишнимъ предувѣдомить и ее о печальномъ положеніи больного.