-- Скажи, пожалуста, Франкъ, продолжалъ мистеръ Гэзельденъ, съ нѣкоторымъ замѣшательствомъ, которое особенно обнаруживалось въ его голосѣ: -- скажи, пожалуста, что ты знаешь о Рандалѣ Лесли?
-- Я знаю, сэръ, что онъ учится въ Итонѣ.
-- Въ какомъ родѣ этотъ мальчикъ? спросила мистриссъ Гэзельденъ.
Франкъ колебался: видно было, что онъ дѣлалъ какія-то соображенія,-- и потомъ отвѣчалъ:
-- Говорятъ, что онъ самый умный мальчикъ во всемъ заведеніи. Одно только нехорошо: онъ ведетъ, себя какъ саперъ.
-- Другими словами, возразилъ мистеръ Дэль, съ приличною особѣ своей важностью: онъ оченъ хорошо понимаетъ, что его послали въ школу учить свои уроки, и онъ учитъ ихъ. Вы называете это сапернымъ искусствомъ, а я называю исполненіемъ своей обазанности. Но скажите на милость, кто и что такое этотъ Рандаль Лесли, изъ за котораго вы, сквайръ, по видимому, такъ сильно встревожены?
-- Кто и что онъ такое? повторилъ сквайръ, сердитымъ тономъ.-- Вамъ извѣстно, кажется, что мистеръ Одлей Эджертонъ женился на миссъ Лесли, богатой наслѣдницѣ; слѣдовательно, этотъ мальчикъ приходится ей родственникъ. Правду сказать, прибавилъ сквайръ: -- онъ и мнѣ довольно близкій родственникъ, потому что бабушка его носила нашу фамилію. Но все, что я знаю объ этихъ Лесли, заключается въ весьма немногомъ. Мистеръ Эджертонъ, какъ говорили мнѣ, не имѣя у себя дѣтей, послѣ кончины жены своей -- бѣдная женщина!-- взялъ молодого Рандаля на свое попеченіе, платитъ за его воспитаніе и, если я не ошибаюсь, усыновилъ его и намѣренъ сдѣлать своимъ наслѣдникомъ. Дай Богъ! дай Богъ! Франкъ и я, благодаря Бога, ни въ чемъ не нуждаемся отъ мистера Одлея Эджертона.
-- Я вполнѣ вѣрю великодушію вашего брата къ родственнику своей жены, довольно сухо сказалъ мистеръ Дэль: -- я увѣренъ, что въ сердцѣ мистера Эджертона много благороднаго чувства.
-- Ну что вы говорите! что вы знаете о мистерѣ Эджертонѣ! Я не думаю даже, чтобы вамъ когда нибудь доводилось говорить съ нимъ.
-- Да, сказалъ мистеръ Дэль, покраснѣвъ и съ замѣтнымъ смущеніемъ:-- я разговаривалъ съ нимъ всего только разъ,-- и, замѣтивъ изумленіе сквайра, присовокупилъ: -- это было въ ту пору, когда я жилъ еще въ Лэнсмерѣ и, признаюсь, весьма непріятный предметъ нашего разговора имѣлъ тѣсную связь съ семействомъ одного изъ моихъ прихожанъ.