Риккабокка молчалъ.
-- И хотя его убѣжденія были бы ничтожны для человѣка столь правдиваго и разсудительнаго, какъ вы, они могутъ имѣть болѣе значительное дѣйствіе на неопытный умъ вашей дочери. Подумайте только, что чѣмъ болѣе она будетъ возстановлена противъ меня, тѣмъ болѣе она будетъ доступна замысламъ Пешьера. Не говорите же, умоляю васъ, съ лордомъ л'Эстренджемъ объ этомъ до тѣхъ поръ, пока Віоланта согласится отдать мнѣ свою руку, или до тѣхъ поръ по крайней мѣрѣ, когда она будетъ подъ вашимъ личнымъ надзоромъ; въ противномъ случаѣ, возьмите назадъ свое письмо, оно не принесетъ ни малѣйшей пользы.
-- Можетъ быть, что вы правы. Вѣроятно, лордъ л'Эстренджъ предубѣжденъ противъ васъ, или, лучше сказать, онъ болѣе думаетъ о томъ, чѣмъ я былъ, нежели о томъ, что я теперь.
-- Кто можетъ мыслить иначе, глядя на васъ? Я прощаю ему это отъ всего сердца.
Поцаловавъ руку, которую изгнанникъ, но чувству скромности, старался отнять у него, Рандаль положилъ письма въ карманъ и, какъ будто подъ вліяніемъ самыхъ сильныхъ противоположныхъ ощущеній, выбѣжалъ изъ дома.
-----
Гэленъ и Віоланта разговаривали другъ съ другомъ, и Гэленъ, слѣдуя внушеніямъ своего покровителя, намекнула, хотя и вскользь, о данномъ ею словѣ выйти замужъ за Гарлея. Какъ ни была приготовлена Віоланта въ подобному признанію, какъ ни предвидѣла она таку ю развязку, какъ ни была увѣрена, что любимая мечта ея дѣтства навсегда покинула ее, но положительная истина, лишенная всякихъ прикрасъ,-- истина, высказанная самою Гэленъ, породила въ ней ту тоску, которая вполнѣ доказываетъ, что невозможно приготовить человѣческое сердце къ окончательному приговору, который уничтожаетъ все его будущее. Она не могла скрыть своего волненія отъ неопытной Гэленъ; горесть, глубоко запавшая въ сердце, рѣдко можетъ притворяться. Спустя нѣсколько минутъ она вышла изъ комнаты и, забывъ о Пешьера, обо всемъ, что напоминало ей ожидавшую ее опасность, она оставила домъ и въ раздумьи направила шаги свои посреди лишенныхъ листьевъ деревьевъ. Отъ времени до времени она останавливалась, отъ времени до времени повторяла одни и тѣ же слова:
-- Если бы еще Гэленъ любила его, я не имѣла бы права жаловаться; но она его не любитъ: иначе могла ли бы она говорить мнѣ объ этомъ такъ спокойно, могли ли бы глаза ея сохранять это грустное выраженіе! Ахъ, какъ она холодна, какъ неспособна любить!
Рандаль Лесли позвонилъ въ это время у калитки, спросилъ про Віоланту и, завидѣвъ ее издали, подошелъ къ ней съ открытымъ и смѣлымъ видомъ.
-- У меня есть къ вамъ письмо отъ вашего батюшки, синьорина, сказалъ Рандаль.-- Но прежде, нежели я отдамъ его вамъ, необходимо войти въ нѣкоторыя объясненія. Удостойте меня выслушать.