-- Не можете ли вы убѣдить батюшку повидаться съ нею? не можете ли вы посовѣтовать ему это сдѣлать?

-- Каждое желаніе ваше для меня законъ, отвѣчалъ Гарлей полушутливымъ тономъ.-- Вы хотите, чтобы вашъ батюшка повидался съ нею? Я попробую уговорить его. Теперь въ награду откройте мнѣ вашу тайну. Какая цѣль у васъ въ этомъ случаѣ?

-- Возможность возвратиться въ Италію. Я не забочусь о почестяхъ, блестящемъ положеніи въ обществѣ; даже батюшка пересталъ уже сожалѣть о потерѣ того и другого. Но отечество, родина -- о, неужели я не увижу болѣе родной стороны! Неужели мнѣ придется умереть здѣсь!

-- Умереть! Дитя, вы такъ еще недавно спорхнули съ неба, что говорите о возвращеніи туда, минуя долгій путь печали, страданій и дряхлости! Я, я все думалъ, что вы довольны Англіей. Почему вы такъ спѣшите ее оставить? Віоланта, вы несправедливы къ намъ, несправедливы къ Гэленъ, которая такъ искренно любитъ васъ.

ГЛАВА CXIII.

На другой день утромъ, когда еще Віоланта была въ своей комнатѣ, къ ней принесли съ почты письмо. Она открыла его и прочла по итальянски слѣдующее:

"Я очень желала бы видѣть васъ, но я не могу открыто явиться въ домъ, въ которомъ вы живете. Можетъ быть, я была бы въ состояніи уладить нѣкоторыя семейныя несогласія, отвратить непріятности, которымъ подвергался вашъ отецъ. Можетъ быть, въ моей власти оказать вамъ очень важную услугу. Но для этого все-таки нужно, чтобы мы увидѣлись и поговорили откровенно. Между тѣмъ время проходитъ, а всякое замедленіе можетъ вредить успѣху. Не придете ли, въ часъ пополудни, на поляну, возлѣ маленькой калитки, ведущей изъ вашего сада? Я буду одна; а вамъ нечего бояться встрѣчи съ женщиной и притомъ родственницей. Ахъ, я очень желаю видѣться съ вами! Приходите, прошу васъ.

"Беатриче".

Прочитавъ письмо, Віоланта немного колебалась. Не задолго до назначеннаго часа, она, никѣмъ незамѣченная, прошла между деревьями, отворила маленькую калитку и вскорѣ очутилась за уединенной полянѣ. Чрезъ нѣсколько минутъ она услыхала легкіе женскіе шаги; подошедшая къ ней Беатриче, откинувъ покрывало, сказала съ какою-то льстивою затаенною энергіею:

-- Эта вы! Мнѣ правду оказали. Красавица! красавица! Ахъ, какая молодость, какая свѣжесть!