-- Вы ошибаетесь, маркизъ; очень мало такихъ капиталистовъ. Люди у кого теперь есть деньги любятъ скорый оборотъ и большіе барыши, благодаря великолѣпной системѣ Cr é dit Mobilier, которая, какъ вы знаете, даетъ возможность каждому помѣстить деньги въ торговлю или спекуляціи, не вступая въ обязательства превосходящія его часть. Почти всѣ капиталисты теперь или торговцы или спекуляторы.
-- Въ такомъ случаѣ, сказалъ маркизъ приподымаясь,-- мнѣ остается думать, милостивый государь, что вы не можете пособить мнѣ.
-- Нѣтъ, я не говорилъ этого, маркизъ. Я хорошенько вникну въ дѣло. Безъ сомнѣнія, у васъ есть съ собою извлеченіе изъ необходимыхъ документовъ, условія настоящихъ закладныхъ, описаніе доходовъ имѣнія, разчеты на его будущность и т. д.
-- Милостивый государь, у меня есть такое извлеченіе изъ документовъ съ собою въ Парижѣ; и просмотрѣвъ его вмѣстѣ съ г. Геберомъ, я могу завѣрить васъ моимъ словомъ что бумаги вполнѣ согласны съ положеніемъ дѣлъ.
Маркизъ сказалъ это съ наивною простотой какъ будто его слова было совершенно достаточно чтобы покончить съ этою стороной вопроса.
Г. Гандренъ вѣжливо улыбнулся и сказалъ:
-- Eh bien, господинъ маркизъ, пожалуйте мнѣ это извлеченіе; черезъ недѣлю я скажу вамъ мое мнѣніе. Нравится вамъ Парижъ? Замѣчательно похорошѣлъ при императорѣ. А propos, гжа Гандренъ принимаетъ завтра вечеромъ. Позвольте мнѣ воспользоваться этимъ случаемъ чтобы познакомить васъ съ нею.
Не приготовленный къ этому приглашенію, маркизъ могъ только пробормотать благодарность и согласіе.
Черезъ минуту онъ былъ на улицѣ. На слѣдующій вечеръ онъ отправился къ гжѣ Гандренъ, гдѣ было блестящее собраніе -- цѣлый движущійся букетъ орденскихъ кавалеровъ. Исполнивъ церемонію представленія гжѣ Гандренъ, красивой женщинѣ, превосходно одѣтой и разговаривавшей съ секретаремъ одного изъ посольствъ, молодой аристократъ забился въ темный тихій уголокъ, наблюдая все окружающее и воображая что самъ онъ укрылся отъ наблюденій. И глядя какъ молодые люди его лѣтъ мелькали мимо него или когда ихъ разговоры достигали его слуха убѣдился онъ что съ головы до ногъ, снаружи и внутри, онъ былъ старомоднымъ, устарѣлымъ человѣкомъ, не принадлежалъ своему поколѣнію, не принадлежалъ своему времени. Самый титулъ его представлялся ему пустою бумагой, документомъ на владѣніе наслѣдствомъ давно растраченнымъ. Не такъ великолѣпные seigneurs Рошбріанъ совершали свой дебютъ въ столицѣ своей націи. Они имѣли доступъ въ кабинеты своихъ королей; они блистали на балахъ въ Версали; занимали высокіе посты и отличались при дворѣ и на поляхъ битвъ; орденъ Св. Луизы казалось былъ ихъ наслѣдственнымъ достояніемъ. Отецъ его, хотя добровольный изгнанникъ въ зрѣлые годы, былъ въ дѣтствѣ королевскимъ пажомъ, и въ теченіи всей жизни вращался въ обществѣ принцевъ; а здѣсь, на вечерѣ стряпчаго, неизвѣстный, незамѣчаемый, ищущій покровительства стряпчаго, стоялъ послѣдній маркизъ Рошбріанъ.
Не трудно догадаться что Аленъ не. оставался долго. Но онъ былъ тамъ достаточно долго чтобъ убѣдиться что при двухстахъ фунтовъ годоваго дохода свѣтское общество Парижа, даже то общество какое было у г. Гандренъ, было не для него. Тѣмъ не менѣе, дня два спустя онъ рѣшилъ сдѣлать визитъ ближайшему изъ всѣхъ родственниковъ къ кому имѣлъ письма отъ тетки. Для графа де-Вандемара, одного изъ такихъ же какъ онъ самъ аристократовъ завѣтнаго Предмѣстья, онъ всегда останется Рошбріаномъ, во дворцѣ или въ хижинѣ. Дѣйствительно Вандемары, хотя въ теченіи многихъ поколѣній до первой революціи были могущественною и блестящею фамиліей, всегда признавали Рошбріановъ главою своего дома, стволомъ отъ котораго они были отпрыскомъ явившимся въ пятнадцатомъ столѣтіи, когда младшій сынъ Рошбріановъ женился на богатой наслѣдницѣ и вмѣстѣ съ землею принялъ титулъ Вандемара.