-- Не позволите ли вы мнѣ, синьйорина, употребить вашъ капиталъ съ присоединеніемъ того что вы получили за свой восхитительный романъ и что еще лежитъ у меня безъ дѣла, на это предпріятіе? Достаточно сказать въ его пользу то что я употребилъ на него значительную часть моего состоянія, такъ какъ я не изъ тѣхъ людей которые своимъ примѣромъ вовлекаютъ своихъ друзей въ разорительныя спекуляціи.
-- Все что вы въ этомъ отношеніи посовѣтуете будетъ навѣрное такъ же благоразумно какъ и великодушно, сказала Исавра любезно.
-- Такъ вы согласны?
-- Конечно.
Веноста, слушавшая съ большимъ вниманіемъ восхваленіе новаго предпріятія, отвела Лувье въ сторону и шепнула ему ни ухо.
-- Я полаю, Monsieur Лувье, что немного денегъ, очень немного, росо-росо-росоіто, нельзя положить въ вашу улицу?
-- Въ мою улицу? А, понимаю, въ предпріятіе улицы Лувье! Конечно можно. Мы сдѣлали его доступнымъ для самыхъ мелкихъ капиталовъ, начиная съ пятисотъ франковъ.
-- И вы вполнѣ увѣрены что мы удвоимъ наши деньги когда улица будетъ кончена? Мнѣ не хотѣлось бы имѣть мозгъ въ пяткахъ. {"Avere il cervello nella calcagna", то-есть поступить неосторожно.}
-- Болѣе чѣмъ удвоимъ гораздо раньше чѣмъ улица будетъ окончена.
-- Я скопила немного денегъ, очень немного, и такъ какъ у меня нѣтъ родныхъ, я намѣрена оставить ихъ синьйоринѣ. Если же они удвоятся, я оставлю ей вдвое болѣе.