-- Peste! Не говорите о такихъ пустякахъ. Дѣла касаются моего агента; дружба -- это мое дѣло. Allez!
Такимъ образомъ де-Рошбріанъ, вѣря и должнику и кредитору, въ теченіи года мало заботился объ обоихъ и прожилъ болѣе дохода который былъ бы вполнѣ достаточнымъ для обыкновеннаго холостяка, потребовалъ болѣе внимательной бережливости чѣмъ можно было ожидать отъ главы одной изъ самыхъ блестящихъ фамилій во Франціи, брошеннаго въ такихъ молодыхъ годахъ въ водоворотъ самой расточительной столицы въ мірѣ.
Маркизъ не то чтобы жилъ расточительно, но все что онъ имѣлъ уходило у него на карманныя деньги, и онъ отдѣлался отъ боязни попасть въ долги которую вывезъ съ собою изъ болѣе чистой атмосферы Бретани.
Но въ числѣ долговъ были такіе которые Рошбріанъ долженъ былъ платить, долги чести, и прошлою ночью Аленъ сдѣлалъ такой долгъ и долженъ былъ уплатить его сегодня. Онъ имѣлъ сильное искушеніе, когда долгъ возросъ до настоящей цифры, попытать перемѣну счастія; нo несмотря на свою неосторожность онъ не былъ способенъ на безчестный поступокъ. Еслибы счастіе не перемѣнилось и онъ проигралъ больше, ему нечѣмъ было бы заплатить. При теперешнемъ же размѣрѣ долга онъ разчиталъ что могъ покрыть его продавъ свою карету и лошадей. Итакъ, нечего удивляться что онъ оставлялъ свои письма нераспечатанными, какъ бы ни были они пріятны; онъ былъ вполнѣ увѣренъ что въ нихъ не заключалось чека который помогъ бы ему заплатить долгъ и удержать свой экипажъ.
Дверь отворилась и слуга доложилъ о кавалерѣ де-Финистеррѣ, человѣкѣ съ кроткимъ выраженіемъ лица, air distingu é, пріятнымъ голосомъ и вѣчною улыбкой.
-- Ну, mon cher, закричалъ кавалеръ,-- надѣюсь вы возвратили себѣ благосклонность Фортуны прежде чѣмъ оставили ея зеленый столъ вчера вечеромъ. Когда я уѣхалъ она казалось была очень сурова къ вамъ.
-- Такъ продолжалось до конца, отвѣчалъ Аленъ съ хорошо поддѣланною веселостью -- онъ былъ слишкомъ bon gentilhomme чтобъ обнаруживать гнѣвъ или досаду при денежной потерѣ.
-- Во всякомъ случаѣ, сказалъ де-Фавистерръ, закуривая папиросу,-- непостоянная богиня не могла причинить вамъ много вреда; ставки были не велики, а вашъ партнеръ, князь, никогда не удваиваетъ и не идетъ на квитъ.
-- И я тоже. Впрочемъ слово "малы" имѣетъ относительное значеніе; ставки могли быть малы для васъ, и велики для меня. Entre nous, cher атг, кошелекъ мой истощился, и у меня остается одно утѣшеніе: я излѣчился отъ игры; не то чтобъ я отдѣлался отъ этой болѣзни, но болѣзнь оставила меня; ей нечего дѣлать со мной, также какъ лихорадкѣ со скелетомъ.
-- Вы говорите серіозно?