-- Тотъ самый.
-- Разумѣется просите.
Вошелъ удивительно худощавый человѣкъ, среднихъ лѣтъ, одѣтый въ черное, съ лицомъ гладко выбритымъ, очень коротко остриженными волосами,-- одно изъ тѣхъ лицъ которыя, употребляя французское выраженіе, "не говорятъ ничего". Оно было совершенно лишено всякаго выраженія, въ немъ не было даже, не взирая на худобу, ни одной выдающейся черты. Еслибы вамъ случилось гдѣ-нибудь сидѣть рядомъ съ этимъ человѣкомъ, вы не остановили бы на немъ своего взгляда, какъ на слишкомъ незначительномъ, не заслуживающемъ вниманія; будь это въ кафе, вы продолжали бы говорить съ вашимъ пріятелемъ не понижая голоса. Что за дѣло если какая-нибудь b ê te въ родѣ этой слышитъ васъ или нѣтъ? Еслибы вамъ предложили отгадать его общественное положеніе и родъ занятій, вы могли бы сказать, замѣтивъ постоянную свѣжесть его платья и несомнѣнную респектабельность его tout ensemble: "это должно-быть лавочникъ который оставилъ торговлю получивъ наслѣдство".
При входѣ посѣтителя Грагамъ всталъ, любезно усадилъ его рядомъ съ собою, и выждавъ ухода слуги спросилъ:
-- Что новаго?
-- Боюсь, ничего что могло бы удовлетворить васъ. Правда я разыскалъ, съ тѣхъ поръ какъ имѣлъ удовольствіе въ послѣдній разъ видѣть васъ, не меньше четырехъ дамъ по имени Дюваль, но только у одной это было имя ея родителей, и крещена она была тоже Луизой.
-- А, Луиза!
-- Да, дочь парфюмера, ей двадцать восемь лѣтъ. Стало-быхь это не та Луиза что вы отыскиваете. Позвольте мнѣ припомнить ваши инструкціи.-- При этомъ г. Ренаръ вынулъ записную квижку, перевернулъ нѣсколько листковъ и прочелъ:-- Нужна Луиза Дюваль, дочь Августа Дюваль, французскаго рисовальнаго учителя; жилъ много лѣтъ въ Турѣ, прибылъ въ Парижъ въ 1845, жилъ нѣсколько лѣтъ въ No 12 въ улицѣ S -- въ Парижѣ, но потомъ переѣзжалъ въ различные кварталы города, и умеръ въ 1848, въ улицѣ L --, No 39. Вскорѣ послѣ его смерти, дочь его оставила эту квартиру и исчезла безъ слѣда. Въ 1849 офиціальные документы о ея смерти были присланы изъ Мюнхена къ одному лицу (вашему другу). Смерть разумѣется была принята за достовѣрный фактъ; но около пяти лѣтъ спустя, это самое лицо встрѣтило сказанную Луизу Дюваль въ Ахенѣ, и затѣмъ у же никогда не видѣло ее и не слышало о ней. Порученіе: разыскать сказанную Луизу Дюваль или кого-нибудь изъ дѣтей ея рожденныхъ въ 1848--9; предполагается что въ 1852--3 у нея былъ одинъ ребенокъ, дѣвочка, лѣтъ четырехъ или пяти.-- Такъ ли это?
-- Совершенно такъ.
-- И этимъ ограничиваются всѣ данныя мнѣ свѣдѣнія. Сообщая мнѣ ихъ вы спросили не будетъ ли полезно начать розыски въ Ахенѣ, гдѣ Луизу Дюваль въ послѣдній разъ видѣло лицо интересующееся ея открытіемъ. Я возразилъ: Нѣтъ, это будетъ напрасный трудъ. Ахенъ не такое мѣсто гдѣ бы стала оставаться Француженка не обязанная жить тамъ съ мужемъ. Невѣроятно кажется также чтобы сказанная Дюваль рѣшилась избрать мѣстомъ своего пребыванія Мюнхенъ, городъ въ которомъ ей удалось получить свидѣтельство о своей смерти. Француженка побывавшая въ Парижѣ всегда захочетъ возвратиться въ него, въ особенности если она красива, какъ вы говорили объ этой дамѣ. Потому я совѣтовалъ начать наши поиски въ этой столицѣ. Вы согласились со мною, и я не жалѣлъ времени для этихъ розысковъ.